Софи Барнс - Наедине с герцогом

И, прежде чем Изабелла поняла, что он имел в виду, герцог положил ее руку себе на промежность. Под тканью брюк чувствовалась затвердевшая плоть, и, хотя в груди у девушки бешено колотилось сердце, а во рту пересохло, она никак не могла убрать руку. Было что-то удивительное и дарующее силу в том действии, которое она на него оказывала.

– Во-вторых, – продолжал Энтони, не сводя с нее глаз и продолжая гладить себя ее рукой, – ты не можешь сделать ничего, что могло бы мне не понравиться или заставило бы думать о тебе плохо. Просто слушайся своих чувств, исследуй все, что вызывает у тебя любопытство… Пробуй, ищи то, что тебе нравится. Здесь наш мир, Белла, и пока мы тут одни, границ между нами не существует.

Эти слова развеяли ее тяжелые мысли. Герцог прильнул губами к ее губам, и Изабелла не только не отпрянула, а ответила на его поцелуй. Откровенно говоря, ей ужасно его не хватало!

Чувствуя горячее, влажное давление его языка, когда он проводил им по ее сомкнутым губам, Изабелла приоткрыла рот, позволяя ему проникнуть внутрь. В ответ на ее готовность Энтони хрипло застонал. Девушка поймала себя на том, что тянется ему навстречу, хочет быть к нему как можно ближе. Его руки уже обвивали ее талию. Герцог усадил Изабеллу к себе на колени.

Ни на секунду не отрываясь от ее рта, Энтони прижал Изабеллу к себе, продолжая переплетать свой язык с ее языком. Она прижалась к нему еще крепче, своей грудью к его груди, радуясь той жаркой волне, которая накрыла ее от такого простого движения. Герцог оставил ее рот и стал целовать щеки, подбородок, шею.

– Забудь обо всех запретах, – прошептал он и провел рукой по ее бедру, а потом остановился (это было невыносимо!) и сказал: – Открой глаза и посмотри на меня.

Сделав глубокий вздох, чтобы успокоиться, Изабелла послушалась и тут же была потрясена ненасытным блеском его глаз. Рот Энтони немного приоткрылся, дыхание было тяжелым и прерывистым. Больше он ничего не стал говорить, а лишь нежно приподнял ее, так, что она встала, и задрал ее юбки, сбившиеся у нее на бедрах, а потом развернул ее таким образом, что, когда усадил обратно к себе на колени, Изабелла сидела, широко расставив ноги.

– Так гораздо лучше, – пробормотал герцог, хищно улыбаясь. Он ухватил ее за ягодицы и прижал к себе так близко, что она почувствовала его возбужденную плоть. – А теперь давай, двигайся, трогай меня. Дай себе волю.

Изабелла неуверенно положила руку ему на грудь. Энтони сидел не шевелясь, только наблюдал за тем, как она ощупывает его тело. Девушка знала, что он не против ее прикосновений, однако что-то внутри нее – какая-то глупая сдержанность – не позволяло ей поддаться импульсу и раздеть его.

Прикусив нижнюю губу, Изабелла закрыла глаза и глубоко вздохнула. Энтони вновь прижался к ней губами, на этот раз ниже, к ее пышной груди, и провел языком по краю платья, оставляя горячий след. А когда он легонько прикусил нежную плоть, девушку затопило чувственной волной. Она в ответ только ахнула.

– Если я могу это делать, сможешь и ты, – бормотал Энтони, когда его пальцы попытались справиться с застежкой на ее спине.

Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы стянуть лиф. Благоговейному взгляду герцога открылась пышная грудь.

Изабелла заметила, что он затаил дыхание, а в следующую секунду почувствовала, как горячий воздух дразнит ее дерзкие соски. Голова девушки кружилась от бешеного разряда энергии, который ее пронзил. Наконец-то она решилась на то, что ей очень хотелось сделать.

Потянув за рубашку герцога, Изабелла высвободила ее из бриджей и провела рукой по его телу. Застонав от удовольствия, он прильнул губами к ее груди. Изабелла целовала его шею и нежно укусила ее, продолжая исследовать руками его тело. Но этого было мало. Изабелле хотелось большего. Ей хотелось утолить растущее желание, которое зародилось у нее внутри. Поэтому девушка поступила так, как подсказывал ей внутренний голос, – она прижалась к нему еще крепче и покрутила бедрами.

– Черт побери! – выдохнул он, отпуская ее грудь и закрывая глаза.

Изабелла замерла на секунду, испугавшись, что сделала что-то такое, что ему не понравилось, но когда герцог открыл глаза, она увидела в них неистовое желание и, не отводя глаз, вновь покрутила бедрами. Как хорошо – по-настоящему хорошо!

– Вот так, – шептал Энтони, когда с ее губ слетел вздох. – Я знал, что в тебе это есть.

Вдохновленная его словами и возбужденная настолько, что все запреты она готова была вышвырнуть, как говорится, в окно, Изабелла задрала юбку повыше и положила руку между ног. Боже, она чувствовала себя порочной, но огонь в глазах Энтони свидетельствовал о том, что он одобряет ее поведение.