Лесли Пирс - Куколка

Экипаж отъехал, когда Бэлль позвонила во входную дверь. И хотя девушка слышала где-то неподалеку звуки аккордеона, на улице было очень тихо, поэтому она предположила, что это дом Филлипа, хоть он и не упоминал, что живет на Монмартре.

Звон дверного колокольчика не успел затихнуть, как распахнулась дверь, но на пороге стоял не Филипп и не его служанка, а Эдуар Паскаль. Сердце Бэлль упало.

— Месье Паскаль! — воскликнула она. — Какой сюрприз!

Она решила, что консьерж просто зашел к Филиппу, и поскольку не хотела, чтобы Паскаль почувствовал ее испуг или обиделся, улыбнулась и подставила щеку для поцелуя.

— Как вы сегодня красивы, — сказал он, как только Бэлль вошла в прихожую и за ней закрылась дверь. — Позвольте вашу накидку.

Она вежливо поблагодарила его и разрешила помочь ей снять с плеч короткую пелерину из черно-бурой лисицы — единственная непозволительно дорогая покупка. Бэлль приобрела ее у Шанталь, как и остальную свою одежду, но эта вещь стоила двести франков, и девушка несколько дней мучительно раздумывала, покупать ее или нет. Но пелерина была такой красивой, в ней она чувствовала себя королевой.

— А где Филипп? — поинтересовалась Бэлль.

— Его вызвали по неотложному делу. Он попросил меня поухаживать за вами до его возвращения, — ответил Паскаль. — Располагайтесь у камина, он скоро придет.

Убранство большинства парижских квартир и домов, где довелось побывать Бэлль, можно было назвать роскошным, но она считала, что ему не хватает изюминки. Гостиная, куда проводил ее Эдуар, была, в отличие от таких безликих жилищ, очень домашней: с массивными креслами, потрескивающим камином, полками, заставленными книгами, большим количеством безделушек на низких столиках и толстым китайским ковром под ногами. Однако такая обстановка совершенно не соответствовала неудержимому нраву Лебрана.

— Это дом Филиппа? — спросила Бэлль. — Он не говорил, что живет на Монмартре.

Она попыталась представить себе, как Филипп сидит развалившись в этих креслах, и удивилась, что он выбрал бледно-голубой цвет, который абсолютно не соответствовал его характеру.

— Я уверен, вы понимаете, что мужчина с его положением не станет рисковать и приводить к себе в дом женщину, пока не узнает ее получше, — вкрадчиво ответил Паскаль. — Присаживайтесь у камина, я принесу вам выпить.

Он налил обоим по большому бокалу коньяка и сел напротив Бэлль у огня. Девушка почувствовала, как спиртное моментально подействовало на нее — она с утра ничего не ела. Она ожидала, что пойдет с Филиппом на ужин, и надеялась, что Паскаль ретируется, как только Лебран вернется.

Бэлль уже давно заметила, что Паскаль не умеет поддерживать беседу. Он умел только задавать вопросы и давать указания, и сейчас было то же самое: он забросал ее вопросами о том, где она живет, есть ли у нее в Париже друзья, почему она уехала из Англии.

С тех пор как Бэлль вернулась в Париж, она избегала рассказов о своем прошлом. Однако ей нужно было ответить на вопросы Паскаля, поэтому она сказала, что приехала в Париж с возлюбленным, но он бросил ее ради другой женщины. Еще Бэлль добавила, что не хочет об этом вспоминать, потому что пытается все забыть.

— И тем не менее вы без колебаний стали дамой на один вечер?

Бэлль пожала плечами. Она чувствовала, что консьерж что-то узнал о ней и теперь пытается либо поставить ее в тупик, либо заставить в чем-то признаться.

— Удивительно, на что способен человек, когда он оказывается в трудной ситуации, — уклончиво ответила девушка.

— Вы отвечаете общими фразами. — Паскаль прищурился. — Почему?

— Просто не люблю говорить о себе, — призналась Бэлль. — Вам ли этого не понять! Вы ведь тоже не любите рассказывать о себе.

Прошло уже полчаса, и Бэлль начала волноваться, что Филипп вообще не придет.

— Вы же видели меня только на работе. Там, разумеется, я душевных бесед не веду, — ответил Паскаль. — Но сейчас другое дело, мы — двое друзей за бокалом коньяка.

— В таком случае расскажите: вы женаты? У вас есть дети? — спросила Бэлль.

Паскаль помолчал, потом признался, что холост. Бэлль была уверена в том, что он солгал, потому что однажды подслушала его разговор с супружеской парой в «Ритце», для которой он приобрел билеты в театр. Так вот, Паскаль сказал постоялице, что его жена обожает эту пьесу. Поскольку он был неискренним человеком, то мог выдумать все это, чтобы убедить постоялицу в том, что пьеса ей понравится, но Бэлль по опыту знала: мужчины обычно не ссылаются на жен, если холосты.