Ольга Шарипова - Долины любви

— Но ведь может случиться и так, что он поедет в квартиру, потому что у него кто-то появится уже… Он же не может оплакивать меня вечно.

— А повеселее мысли тебе в голову не забредают?

Но Лера замотала головой и заплакала.

— Лер, не надо… Игорь обязательно найдет тебя. — Катя гладила ее по вздрагивающей спине. — И не бери в голову всякую ерунду. И вообще… Я не хотела тебе говорить, но я начала искать Игоря.

Лера посмотрела на подругу заплаканными глазами, которые мгновенно наполнились изумлением.

— Я в свободное время потихонечку обзваниваю автосалоны… Лер, ты говорила, что Игорь не поймет тебя, обидится и поэтому не приедет. Но письмо на двери, и вся проблема в том, что он ничего о тебе не знает. Лер, я хочу, чтобы вы побыстрее встретились! — Катя улыбнулась, а потом добавила смущенно: — Игорь обязательно должен увидеть, какая ты хорошенькая беременная…

— Катя…

— Знаешь, я попыталась в ДЭЗе что-нибудь узнать, но квартира в частной собственности, и они со мной даже разговаривать не стали. — Катя вздохнула. — Лер, хватит дурью маяться, давай обратимся в какое-нибудь детективное агентство, нельзя настолько полагаться на судьбу. Вдруг твой ангел-хранитель устал? Что же теперь, ждать, когда он раскачается?!

— Да? — Лера взяла на руки своего любимого Винни-Пуха и крепко прижала игрушку к груди.

— Да, — кивнула Катя. — И давай не будем ждать, пока Игорь решится поехать в квартиру. Давай попытаемся найти его: мы же знаем, что он Игорь Дмитриевич Вавилов, москвич…

— Давай! — Лера заплакала с новой силой. — Давай, Катюш… И… я поеду с тобой!

Лера уткнулась лицом в Винни-Пуха. Этот игрушечный медвежонок уже столько раз помогал ей успокоиться и набраться сил.

Медвежонок обхватил ее лапками и прижался к Лере своим мягким тельцем.

Винни-Пух держал в лапках горшочек с медом. Этот желтенький игрушечный медвежонок вот уже девять месяцев жил с Игорем Вавиловым. И жили они в «министерском» доме вместе с Всеволодом Николаевичем.

С родителями Игорь жить не смог, они старались заботиться о нем, а это лишний раз напоминало о несчастье.

О том, чтобы уехать в свою квартиру, и мысли не возникало — Игорь и без того остро ощущал отсутствие Леры, а уж там, где они провели счастливые часы, он и вовсе бы все сильнее и сильнее ранил свою душу.

«…Я самым счастливым побуду на свете, одно лишь мгновенье, сегодня с тобой…»

Игорь все свободное время проводил в воспоминаниях о тех нескольких счастливых мгновениях. И с каждым прожитым днем память обостряла эти воспоминания, делая их более четкими и подробными.

Более того, Игорь был уверен, что в тот день Лера забеременела. И временами он отсчитывал дни и представлял, на каком месяце беременности она могла бы быть…

— Знаешь, Винни, ты мог бы стать игрушкой нашего малыша, — обращался Игорь к медвежонку. — Но получилось так, что ты стал единственным, что у меня осталось от Леры…

Не проходило и дня, чтобы Игорь не думал о Лере. Он думал о единственной женщине, с которой познал любовь. И с каждым днем ему становилось тяжелее, с каждым днем он яснее осознавал, что больше счастье не повторится. И не вернется…

Уже девять месяцев Игорь безразлично, тускло смотрел на жизнь. И он даже не заметил, что лето в этом году уже стартовало с жаркой, обжигающей позиции.

«Если бы ничего не случилось, то Лера на днях родила бы, — вот как Игорь отсчитывал и чувствовал время. — Мы бы купили деревянную кроватку, и комната-лужайка превратилась бы в детскую… А возле дома мы гуляли бы с нашим малышом…»

И тут в памяти Игоря возникла красочная детская площадка, находящаяся возле его дома.

— Еще Лера обратила внимание, что двор очень тихий и уютный, — пробормотал Игорь.

И впервые за прошедшие месяцы Игорь почувствовал в себе силы, которых хватит на поездку к дому, где он был счастлив с Лерой. Мужчина почувствовал, что хочет увидеть и этот дом, и двор, и уютную детскую площадку.

Как обычно, никого и ничего не замечая, Игорь покинул свой автосалон. Серебристая «ауди» Игоря стремительной кометой метнулась к притягивающей ее цели…

Игорь промчался по новой эстакаде на проспекте Мира и плавно съехал к Яузе, миновал трамвайные пути и покатил по привычно пустынной Сельскохозяйственной улице. Слева замелькали дома-близнецы, в одном из которых и была квартира, хранящая память о счастье Игоря. Но въехать во двор Игорь не смог. И даже уже подумал, что он не сможет это сделать и что напрасно поддался порыву и приехал сюда.