Diurdana - Горошек с базиликом

Никто и никогда не видел от Гели ничего подобного. Ни до, ни после того дня.

Конечно Герман не рассказал, как пытался продолжить преследовать девушку после того как она осталась совсем одна. Как он пришел предложить ей свою дружбу и опеку, подразумевая и в открытую намекая на то, теперь девушке просто необходим человек, который позаботиться о ней. А вот то, как Геля отреагировала на подобное предложение, стало известно всем.

Иногда девушка пыталась наигрывать что-то на пианино, но музыка быстро смолкала, и из кабинета раздавались Герины горькие рыдания. Скоро она совсем перестала подходить к инструменту.

Геля изменилась, и это не могли не заметить. Она стала как будто взрослее, серьезнее, смелее. Она перестала бояться всех и вся. И, как раннее ее новые родственники были к ней равнодушны, стала равнодушна ко всем сама она. Обиднее всех было юному Лешке, который искренне привязался к девушке и скучал по прежней Геле. Которая всегда встречала его улыбкой на устах. Которой он был не безразличен… когда-то.

Братья с интересом наблюдали за происходившими с девушкой метаморфозами. Они, конечно, полагали, что Геля взрослеет под действием эмоций связанных с потерей любимого, с его внезапным исчезновением, с его предательством. Пока однажды ситуация не прояснилась самым неожиданным образом.

Дело было утром. Где-то в начале одиннадцатого утра, Геля как раз уехала в церковь к утренней службе. Эдуард и Герман сидели за чашкой утреннего кофе и разговаривали о скором открытии нового ТРЦ в соседнем городе. На этот центр братья возлагали большие надежды, поскольку находился он в городе-миллионике, в столице Сибири, в общем, он должен был принести колоссальный доход.

Неожиданно в кухню влетел бледный как полотно Сева и задыхаясь показывал куда-то трясущейся рукой.

- Там… - бормотал он, хватая ртом воздух, - там…. Олег….

Мужчины быстро переглянувшись без слов, вскочили из-за стола и бросились вслед за младшим братом.

В зимнем саду, где так часто проводила время Геля, стоял большой керамический горшок. Когда-то Наталья Игоревна приобрела редкое заморское растение. И в перспективе оно должно было превратиться в большое раскидистое деревце. Женщина даже заказала этот самый горшок по интернету и была уверена, что эту вещь привезли ей прямиком из Италии и скорее всего ему черт знает сколько лет.

Муж посмеивался над ней, но разрушать ее уверенность не спешил. Горшок на самом деле был искусственно состарен, и создавалось впечатление, что он очень древний и место ему в каком-нибудь пятнадцатом веке, на террасе дома какого-нибудь вельможи.

Растение, которое посадила в него Наталья, скоро завяло, зачахло, и было выброшено в мусоропровод. А в горшке домработница Мелеховых выращивала базилик, потому что Альбина Эдуардовна увлекалась итальянской кухней. А какая же итальянская кухня без свежего базилика? Под лампами, заменяющими зимой солнечное тепло, базилик у Мелеховых рос и зеленел круглый год.

И вот у этого-то горшка в последнее время Всеволод стал замечать Ангелину. Девушка горько плакала, склонившись над пряной травой и слезы ее, скатываясь с лица, впитывались в землю. Чего она так привязалась именно к этому горшку, долгое время было загадкой для мужчины. Но он решил, во что бы то ни стало все узнать. И вот сегодня, едва Геля, накинув на плечи платок, ушла в церковь, он подошел к горшку и, повертевшись вокруг него, нашел где-то в углу небольшую лопатку для комнатных цветов и подкопнул землю.

Влетевшие в комнату братья застыли у разворошенного горшка и наполовину выдерганного базилика. В горшке была человеческая голова, в которой, не смотря на все изменения, что с ней произошли, все же можно было узнать бывшего заместителя Всеволода.

Сева, зажав ладонью рот, отвернулся и, сдерживая спазмы, выскочил из комнаты. Вернувшись через пару минут, он набросился на Германа.

- Герман! Ты чертов псих, ты же мне обещал! Вы же мне обещали его не трогать!!! Ты же сказал, что он уехал! А это тогда что?! Ублюдок ненормальный….

Герман молча отвесил брату оплеуху, от которой Сева не удержавшись на ногах, рухнул на пол.

- Рот закрой. Я сделал так, как считал нужным. Он не согласился уехать. Он сказал, что найдет ее все равно. Он мне начал угрожать….

Герман врал. Когда Олега привезли в их загородный дом, он даже не успел понять, по какой причине на него тут же посыпался рад ударов от помощников начальника. И лишь когда сам Герман набросил удавку на его шею, он шепнул ему на ухо истинную причину, по которой Олег сейчас должен умереть.