Diurdana - Горошек с базиликом

- Вы готовы? – спросил ее санитар.

Геля в ответ кивнула. Парень медленно откинул простыню с лица покойника. Прямо перед застывшей Гелей лежал Олег. Смерть совсем не исказила его черты, он был так же красив. Он был таким же, каким она его помнила, только холодным, бледным и неподвижным.

Факт того, что перед ней лежит бездыханное тело любимого никак не желал усваиваться в Гелиной голове. Ей все казалось, что он спит. Казалось, что вот сейчас, если она его попробует разбудить, он непременно откроет глаза и посмотрит на нее.

И даже бормотание стоящего рядом санитара о том, что они нашли его тело больше месяца назад и что завтра его уже собирались кремировать как «невостребованного», потому что срок его хранения в морге закончился, не могли разрушить эту иллюзию. Гелино сознание упрямо отказывалось подпускать к себе саму мысль о том, что случилось. Словно где-то в ее голове образовалась огромная яма, на самом дне ее и таилось это страшное знание, а разум сейчас балансировал на ее краю. Она чувствовала себя на грани, еще один маленький толчок и она упадет.

- Олег… - девушка улыбнулась и протянула руку к его лицу, и стоящего рядом санитара поразило это сочетание нежности и скорби в ее лице. - Господи, Олег…. Что с тобой случилось?

- Его избили, потом задушили. Видите след от удавки? – Мужская рука в белой перчатке указала на странгуляционную борозду на шее покойника. – Он сопротивлялся, пытался бороться за свою жизнь и на пальцах, которыми он успел схватить удавку остались такие же следы. Убийца душил его с такой силой, что чуть не сломал ему шею…. Что с вами?

Парень был еще молод. И он очень хотел стать врачом. И именно патологоанатомом. Друзья и родные не понимали его, а ведь смерть таит в себе столько тайн и так интересно их разгадывать! Никто не слушал его истории, которые он регулярно приносил из морга. А ему хотелось хоть маленько быть похожим на настоящего серьезного умного врача. Вот он и не смог сдержаться, хотя бы перед этой красивой девушкой блеснуть своими знаниями. И еще он хотел сам себе доказать, что справиться с чужим горем, сможет от него абстрагироваться, сможет стать таким же циничным, как его более опытные коллеги.

А может он просто пересмотрел криминальных сериалов.

Но для потрясенного сознания Гели его откровений оказалось слишком. Бедная девушка в ответ испуганно взглянула на него, и в глазах ее вспыхнул какой-то безумный огонь. А потом она рухнула в обморок на его руки.

Есть ли ты, Бог? И если есть, как мог Ты допустить подобное? И если было так угодно, зачем же так жестоко? И как мне жить теперь без него? Как жить, когда я дышать без него не могу, когда сердце мое кровоточит от боли, когда мозг жгут мысли о его предсмертных муках, как мне это перенести?

За что? За то, что любили? За то, что были счастливы? В этом был наш грех, который Ты так жестоко наказал?

Часть меня умерла вместе с ним. Половина моего сердца и вся моя душа. И нет меня больше….

Глава 17

«…Он ждет меня в небесном царстве,

Я не могу здесь оставаться,

Ведь без него я не дышу….

….

О, как темно, его со мною нет.

О, как темно, ушел и не вернулся.

О, как темно, скорей бы умереть!

Уйти к нему и снова прикоснуться….»

Геля вернулась домой пешком. На вопрос о том, где ее машина девушка ничего не ответила. Она вообще с того дня почти не разговаривали ни с кем из домашних. Больше не запиралась в своей комнате и вроде бы даже смирилась с исчезновением Олега. По крайней мере, так казалось всем домочадцам. На работу правда она решила не возвращаться. Вместо этого она каждый день стала ходить в церковь. Это было единственное место, куда она отлучалась из дома. Все свое время она теперь проводила в зимнем саду, среди цветов. Чем она там занималась, ни для кого не имело значения. Главное, что она не слонялась из угла в угол и не портила никому настроение своим кислым видом. Раз уж взялась печалиться, то пусть делает это сама с собой, а не на глазах у семьи.

Правда однажды случилось одно странное происшествие, удивившее и взволновавшее обитателей дома. В один прекрасный день Герман зачем-то пошел за девушкой в зимний сад. Потом он объяснял свой поступок желанием помириться с сестрой, попытаться установить с ней доброжелательные отношения. Якобы по совету своей жены, которую слегка беспокоили Гелины голодовки. С чего Елена взяла, что виной всему ее муж для всех осталось загадкой.

О чем Герман и Ангелина разговаривали тогда, так и осталось неизвестно, поскольку закончилось их общение нервными криками Гели, прогонявшей брата из своего укромного уголка. Герман выскочил из сада как ошпаренный, а вслед ему полетел в стену какой-то горшок с цветком.