Барбара Делински - Случайная судьба

— Психоаналитики тоже.

— Да, но беседа с другом обойдется дешевле, — засмеялся Гриффин. — К тому же у тебя есть не просто друг, а я.

Поппи застонала.

— В этом-то и проблема!

— Это потому, что я люблю тебя? Боже мой, Поппи, это какое-то безумие!

— Поэтому мне и нужен психоаналитик!

— Угу. Который будет сидеть у тебя над душой, пока ты до такой степени не возненавидишь все это, что будешь только рада выплеснуть свои страхи! Хочешь, я покажу тебе, как это бывает? Можем сыграть в эту игру вместе, но только не долго — мне нужно вернуться помочь Мике. Давай попробуем, если есть желание. — Голос у него потеплел, а ладони, которыми он обхватил ее лицо, были такими горячими, что Поппи готова была блаженно замурлыкать. — Я ведь знаю все о той аварии, Поппи. Мне известно все. Даже самое ужасное. Так что если ты вообразила, что выплывет наружу что-то еще и я, узнав об этом, разлюблю тебя, то выкинь это из головы. Нет ничего такого, что заставило бы меня отступиться.

Поппи едва дышала. Руки у нее похолодели. Нет, не может быть! Он ее обманывает.

— Если ты имеешь в виду отпущение грехов, — продолжал Гриффин, — то можешь считать, что ты его получила. Хотя, честно говоря, просто не понимаю, о чем идет речь. Случаются вещи и похуже, можешь мне поверить. Жизнь — это порой такое дерьмо! Хочешь знать, что я имею в виду? Дерьмо, это когда твой старший брат снабжает наркотой твою младшую сестренку, а все трусливо закрывают на это глаза, делая вид, что ничего не происходит.

Поппи ахнула.

— Синди?!

Гриффин печально кивнул.

— Мы узнали об этом много лет спустя. Уже после того, как свершилось непоправимое. Джеймс сейчас с женой и тремя детьми живет в Висконсине. А Синди исчезла. Он утверждал, что она сама просила его об этом. Вообще-то она всегда была бунтаркой и попробовала эту дрянь сама — я проверил, он действительно не имеет к этому никакого отношения. Но потом она подсела всерьез, и вот тут уже не обошлось без него.

— Твой брат торговал наркотиками? — ужаснулась Поппи.

— Нет. Но он имел к ним доступ. И когда она просила, он их ей доставал. Она просила — он доставал. И так без конца. С каждым днем становилось все хуже, пока, наконец, она не поняла, что крепко сидит на крючке. Можно представить, через какой ад ей пришлось пройти. Наверное, Синди показалось, что весь ее мир разлетелся на куски, и она сбежала из дому. Кто был в этом виноват? Мой отец с его суровостью и нетерпимостью? Или мы все, делавшие вид, что ничего не происходит? Или Джеймс, снабжавший ее этой гадостью в надежде, что все это подкосит нашего старика? — Гриффин с трудом перевел дыхание. — Самое страшное, что все это Джеймс сделал намеренно. Это был заранее разработанный план. Что же касается тебя, то в том, что произошло с тобой много лет назад, я не вижу и следа какого бы то ни было умысла.

Поппи молчала, оглушенная услышанным. На фоне собственной истории то, что произошло с Синди Хьюз, выглядело кошмаром. Гриффин прав — злого умысла у нее действительно не было. Только преступная небрежность. А в результате погиб человек…

— Итак, как считает известный психоаналитик доктор Гриффин, — шутливым тоном продолжал он, из всего этого следует, что проблема совсем не во мне, моя дорогая. Ты вовсе не должна просить у меня прощения за то, что произошло в ту ночь. Ты сама должна себя простить.

На крыльце затопали чьи-то ноги. Через секунду в дверях появилась Камилла. С трудом втащив через порог тяжелые сумки, она принялась снимать ботинки.

— Думаю, вечером им потребуется помощь, — заявила она. — Так что я в их полном распоряжении.

Поппи молча проводила ее глазами. Выскользнув за двери, Камилла отправилась на кухню, и скоро оттуда послышалось их с Мэйдой оживленное щебетание. Поппи повернулась к Гриффину:

— Расскажи мне о Синди.

Гриффин покачал головой.

— Позволь, я приду вечером, — тихо попросил он. — Я останусь помочь Мике, а потом приду к тебе. Не знаю, когда это будет. Это зависит от него. Я ведь тоже в какой-то мере стараюсь искупить свою вину. Мне очень не хочется возвращаться на остров поздней ночью. И я хочу тебя…

Он не успел больше ничего сказать — Поппи поспешно зажала ему рот. Хотя в словах его была несомненная правда — и об отсутствии злого умысла, и о том чувстве вины, что продолжает терзать ее, и о прощении, которого она так жаждет, — на душе у нее стало совсем паршиво. Гриффин был замечательным человеком — именно о таком она всегда мечтала. Но она недостойна его. Она не заслуживала такого счастья.