Лесли Пирс - Чужое гнездо

К тому же Ширли, как заметила Эллен, вовсе не отличалась избытком материнских чувств. Конечно, она любила своих мальчишек, но бизнес имел для нее куда большее значение. Сейчас она затевала расширение компании, и все ее планы строились исходя из того, что тылы надежно прикрыты. Кто еще согласился бы ютиться в комнатушке размером со стенной шкаф, исполняя обязанности няни, повара, домоправительницы, уборщицы и садовника за три фунта в неделю?

Ширли отправлялась на работу даже тогда, когда один из мальчиков был болен. Все чаще Эллен приходилось готовить угощение для кучи гостей — в дополнение ко всем прочим обязанностям. Теперь Ширли стала возвращаться домой все позже и позже, когда дети уже давно спали. Эллен сдерживала себя, но знала, что стоит ей заикнуться об уходе, как хозяйка вспылит, обвинив ее в черной неблагодарности.

Кроме всего прочего, Эллен было необходимо подыскать к осени жилье вблизи от места новой работы. Однако сейчас, когда она занята с утра до ночи, такая задача представлялась ей просто невыполнимой.

Как следует поразмыслив над этим несколько дней, Эллен поняла, что наилучшим выходом было бы снять дешевую комнату где-нибудь неподалеку от Сандерсонов. Тогда она сможет найти временную работу канцелярской служащей или официантки на остаток лета, одновременно начав поиски постоянного жилья в Южном Бристоле, где и располагалась школа-интернат. При этом ее зарабатывать она будет намного больше.

Убрав со стола после ужина, Эллен не стала откладывать дела в долгий ящик и прямо заявила Ширли о скором уходе. Был вечер, мальчики спали. Роджер удалился, чтобы посмотреть последние новости, а настроение у Ширли было отличным, так как днем ей удалось добиться контракта на поставку продуктов для сети гостиниц на западном побережье.

Сообщая о своем решении, Эллен старалась тщательно подбирать слова. Сначала она упомянула о том, как были добры к ней Ширли и Роджер, но добавила, что считает — для нее пришло время двигаться дальше.

Этим вечером Ширли выглядела намного моложе, чем обычно. После работы она надела бледно-голубые слаксы и полосатую льняную рубашку, а волосы, собранные в высокую прическу, распустила. Однако стоило Эллен заговорить, как ее благодушное настроение улетучилось.

— Ты хочешь уйти? И это после всего, что мы для тебя сделали? — раздраженно бросила она. — Жалкая неблагодарная шлюха!

— Разве это неблагодарность? — парировала Эллен. — Я работала не покладая рук с утра до ночи в течение восемнадцати месяцев, но я стремлюсь добиться чего-то большего, чем быть нянькой и поварихой. Мне предложили работу, где я смогу сделать карьеру.

— Если ты хотела сделать карьеру, не следовало прыгать в постель к первому же мужчине, который обратил на тебя внимание!

Услышав это презрительное замечание, Эллен напряглась.

— А вам не кажется, что я достаточно заплатила за свою ошибку? — холодно заметила она. — Но будь я проклята, если мне придется расплачиваться за нее до конца дней. Так или иначе, на следующей неделе я ухожу.

— Ах вот как? — глаза Ширли злобно сузились. — А если я не дам тебе рекомендацию?

— Можете оставить ее себе, — проговорила Эллен, не в силах больше сдерживаться. — Мне предложили работу, исходя из моих способностей и положившись на слово доктора Фордхэм. Именно она рассказала, как хорошо я заботилась о ваших детях.

— Черта с два ты о них заботилась! — Ширли разгневанно повысила голос. — А кто будет присматривать за ними теперь?

— Теперь ваша очередь, — язвительно заметила Эллен.

При этих словах лицо Ширли вспухло и потемнело от прилива крови.

— Вон! — завопила она. — Можешь убираться прямо сейчас! Чтобы ноги твоей в этом доме больше не было.

Сердце Эллен упало. Восемь часов вечера, а идти ей некуда. Она собиралась поискать жилье только завтра после обеда, когда выпадет свободное время. Однако она мгновенно перестала колебаться, заметив на лице Ширли то самое выражение, которое часто замечала у Вайолет — тупого озлобления.

— Отлично, я отправляюсь укладывать вещи, — сказала Эллен.

Она не собиралась отступать, даже если придется бродить по улицам до утра. Времена рабской зависимости миновали.

Не прошло и пятнадцати минут, как она уже шагала вверх по холму в направлении Даунса и Клифтона. Вещей у Эллен было немногим больше, чем тогда, когда она покинула Корнуолл — прибавились только несколько новых платьев и безделушки, которые были куплены, чтобы немного украсить ее комнату. Тем не менее чемодан казался тяжелым, к тому же начинал накрапывать дождь. Эллен не услышала добрых слов на прощание даже от Роджера, очевидно, во время ссоры он просто струсил, спрятавшись в гостиной.