Лесли Пирс - Чужое гнездо

Хотя собственный опыт Эллен по части наркотиков ограничивался несколькими сигаретками с марихуаной, которые она выкурила на вечеринках, тем не менее она достаточно ясно представляла себе эту проблему. Многие ее знакомые употребляли амфетамины и ЛСД. Это являлось неотъемлемой частью культуры хиппи, которые заполонили Бристоль и Лондон. С ее точки зрения, особого вреда в том, чтобы время от времени подстегнуть себя каким-нибудь стимулятором, не было — при условии, что наркотик не подчинял себе все существование человека.

Но случай Джози был именно таким.

Эллен знала: на эту дорожку ее направил Марк, и подозревала, что таким образом он рассчитывал привязать Джози к себе, выкачивая из нее все деньги, которые она зарабатывала. Однако их отношения коренным образом изменились вскоре после возвращения из Франции. Марк по-прежнему оставался единственным, кто снимал Джози, но он больше не был ее любовником, и она получала деньги непосредственно через свое агентство. Не похоже, чтобы именно эта трещина в отношениях с Марком стала причиной всех проблем — наоборот, Джози утверждала, что это ей только на руку, теперь она может делать все по своему усмотрению и встречаться с кем угодно. Кажется, в этом она была искренна, а значит проблемы Джози заключались в ней самой.

Эллен достала фотографию, где они с сестрой были сняты на набережной Фальмута. Накануне Джози купила камеру и попросила прохожего сфотографировать их вместе. Снимок был сделан у кабачка «Чейн Локер» в гавани, они тогда веселились от души, поскольку мужчина, который фотографировал их, все время повторял, что Джози ему кого-то напоминает, но вот кого именно, никак не мог припомнить. Можно было помереть со смеху, представив его физиономию, когда он наконец-то сообразит, что снимал знаменитую Жожо.

Эллен тяжело вздохнула. В тот день они хохотали до упаду, однако финал визита на родину оказался просто ужасным. Вероятно, Джози еще не была внутренне готова заключить мир с родителями.

Начиная с момента, когда Эллен узнала лондонский адрес Джози, она принялась мало-помалу обрабатывать родителей, убеждая их простить сестру. Альберт был не в силах забыть о том унижении, которое ему и Вайолет довелось испытать в редакции «Миррор», а также о лживых байках, рассказанных Джози газетчикам. Тогда он поклялся больше ни словом не обмолвиться с младшей дочерью, но постепенно все-таки смягчился до такой степени, что позволил Вайолет отправиться в Лондон для ухода за расхворавшейся Джози. Эллен уже начала надеяться, что их отношения вот-вот нормализуются, однако Джози все испортила, выгнав и оскорбив Вайолет.

Постепенно, беседуя то с одним, то с другим, Эллен сумела убедить родителей, что всему виной Марк Кинсэйл. А поскольку Марк к тому времени уже, образно говоря, сошел со сцены, они наконец-таки решили попробовать примириться.

Если бы Эллен настояла на своем и сделала так, как задумывала, первая встреча состоялась бы в «нейтральных водах» — скорее всего, у нее дома. Но Джози, только что купившая роскошную голубую спортивную машину, пожелала отправиться на ней прямо к родным. Она, похоже, не давала себе труда поразмыслить над тем, как вернуть расположение родителей, по-прежнему считавших, что она совершенно незаслуженно покрыла их головы позором. Разумеется, Эллен пришлось отправиться с ней в качестве посредника.

Если бы Джози вела себя немного скромнее, надела неброский наряд — джинсы, например, — или изъявила готовность хоть чуточку помочь по хозяйству, все могло получиться. Но она вырядилась, как на светский прием, то и дело жаловалась на то, как холодно и неуютно в доме, и без умолку трещала о роскошных отелях, где привыкла останавливаться. Будто родительский дом был уже недостаточно хорош для нее.

А затем произошел инцидент с холодильником. Джози просто пошла и заплатила в магазине, а через час его доставили домой. Эллен не могла сдержать улыбку, вспоминая ошарашенное лицо Вайолет, когда грузчик ввалился со своей тележкой, залихватски сбросив упакованный холодильник на пол.

Джози была права, родителям и в самом деле давно был нужен холодильник — молоко и другие продукты летом быстро портились. Но ей следовало не забывать о том, что ее близкие — старомодные деревенские жители с устоявшимися привычками. Их вполне устраивала кладовая для мяса и ледник, к тому же они не привыкли принимать подаяние, а именно так все это и выглядело.

Джози, естественно, вскипела, когда Альберт и Вайолет не пали ниц перед ней, покрывая поцелуями подол ее платья в знак благодарности. Взбесившись, она принялась поносить одежду, которую носила Вайолет, ее испещренные старческими пигментными пятнами ноги и длинные, плохо промытые волосы отца.