Ануш Варданян - Не ссорьтесь, девочки!

Опять леса. Потом населенный пункт. Приходится сбавить скорость. Мимо проплывают: старуха с молоком в трехлитровых банках, дедок с берестяными поделками, мужики в ватниках и резиновых сапогах, продающие рыбу, тетки с лукошками, полными ягод и грибов.

— Вот они, простые русские люди, делятся с нами результатами своего нелегкого труда. А мы все жалуемся: и то нам не так, и это не этак. А ты поди встань в четыре, корову подои! А в полшестого — да в лес, да по ягоды? А рыбачить с вечера до утра? Опять же, ночное. Не забыть спросить у Сони, что это такое?

Дородная деваха с русой косой до пояса, румяная, как на картинах Кустодиева, сидит возле своего товара.

— А еще детей накормить, дом убрать, — продолжала перечислять Юля. — И при таком жизненном распорядке так выглядеть… Это я о последней в ряду продавцов девушке… Настоящая русская красавица. Ни убавить, ни прибавить. Интересно, чем может торговать такая женщина?

По мере того как машина проезжает мимо девушки, взгляду Юли открывается картина: на земле аккуратно расстелена полиэтиленовая пленка, а на ней выложены элементы снаряжения для подводного плавания: ласты, маска, акваланг, гарпун. Замыкает эту живописную группу предметов купальник гигантского размера — как раз на деваху. Купальник переливается всеми цветами радуги. Девушка сидит на складном стульчике, отвернувшись от солнца, и читает. Юля присматривается и успевает заметить надпись на обложке: «Доктор Спок. Воспитание детей». Женщина беременна месяце на девятом.

В номерах им отказали: гостиница полна была иностранных гостей. Дежурный администратор кричал и закатывал глаза, показывая на толпу финских лесорубов, съехавшихся на международную конференцию «Мировые запасы леса — проблемы и открытия». А еще он уверял, что не знает никакой Обломовой, пусть она хоть трижды звезда. Сама трижды звезда похрапывала на диване. Паша метался между Юлей, пытавшейся договориться с администратором, и Терезой, которая скулила и вздрагивала во сне.

— Значит, нет номеров? — Юля заглядывала в бегающие глаза администратора.

— Нет.

— Нет?

— Нет.

Юля тяжело вздохнула. Нет так нет. Она вытащила из кармана мобильный телефон.

— Не хотела я этого делать. Ну да ладно.

Администратор беспокойно поёрзал на стуле и выдал ключ очередному другу лесов. Юлька набрала номер.

— Марина Игоревна? — голос Юли зазвучал неожиданно властно, как и подобает дочери богатой мамаши. — Да, Юля, да, я тоже рада очень. Я здесь, у вас, внизу. А селить не хотят, говорят, съезд у вас какой-то. Конференция лесорубов. А мы тут с Терезой Обломовой, знаете такую? Группа «Фюзеляж», слышали? Ну и замечательно. Спасибо, ждем.

Марина Игоревна спустилась через тридцать секунд. Дорогой костюм, классические туфли-лодочки, улыбка, прическа, великолепные ухоженные руки с маникюром — такой управляющей позавидовал бы любой отель любой столицы мира. Но Марина Игоревна верно рассчитала преимущества царствования в приграничном городке, она была хозяйкой гостиницы.

— Юлечка, дорогая, сколько лет, сколько зим! Как мама? Что бизнес?

— О! Бизнес процветает, еще бы!

— А это и есть наша звезда? Сегодня в «Башне» поете? Можно прийти?

Паша трясет Терезу, чтобы та поздоровалась с любезной женщиной, которая, судя по всему, вот-вот решит их проблему. Обломова моргает, недоумевая, зачем ее разбудили и чего хотят.

— Дорогуша, — щебечет Марина Игоревна, — пойдемте, мы вас мгновенно оформим.

Администратор вытянулся в струнку.

— Только оформляйте на мой паспорт, у моих друзей сегодня документы украли. Или вот у парня права есть.

Паша, оставив Терезу на диване, подходит к Юле и шепчет ей на ухо:

— Как расплачиваться будем? Денег-то нет.

— После концерта заплатим.

— Пойду покурю, разнервничался, — сказал Паша и вышел на улицу.

Когда Юля, помахивая ключами от двух номеров, обернулась к дивану, Терезы Обломовой и след простыл.

В баре немноголюдно. Мирно выпивают два финна. У стойки еще двое. Это местные крутые парни в одинаковых кожаных куртках. Оба — поборники справедливости и здорового образа жизни. Поэтому они не стреляют без веских причин, и в дневное время предпочитают водке сок: один — апельсиновый, другой — томатный. В конце стойки устроилась Тереза. Она, как человек свободной профессии, пьет в любое время, и только что опрокинула стопку водки. Вот уже минут десять слушает содержательную беседу местных парней.

— Скукотень. Чем вечером займемся?