Джилл Мэнселл - Соло

И уж совсем не помогает делу то, что тут еще суются со своей бестактностью типы вроде Эдама Перри.

Когда Холли устраивалась в «Мызу» администратором, Росс сообщил, что работа будет очень разнообразной и потребует от нее применения многих разных навыков, а она радостно ответила, что это как раз то, без чего она не может жить.

Но все же она никак не ожидала, что в ее обязанности будет входить ползание по фойе на четвереньках в поисках контактной линзы, в то время как владелица этой линзы будет сидеть, развалясь, в кресле, попивать джин с тоником и не предпринимать ни малейших попыток к ней присоединиться.

Эдам с целой охапкой цветов в руках остановился в дверях и в восхищении уставился на очаровательную попку Холли, которая как раз пятилась задом, потому что хозяйка линзы предположила, что «это» может лежать где-нибудь ближе к дверям. Пышные бедра Холли четко проступали сквозь тонкий материал юбки шафранного цвета, а когда она еще и склонилась вперед, то Эдам увидел и верх белого чулка, а выше него — бледную кожу.

«Очень здорово, — думал он, — пасмурным утром во вторник вдруг стать свидетелем удивительного зрелища. Холли просто прекрасна».

Почувствовав, что сзади кто-то стоит, Холли посмотрела через плечо и тихо выругалась, Затем, поняв, что Эдам Перри все это время без тени стеснения пялился на ее зад, она встала на колени и гневно на него поглядела.

— Что ты тут делаешь? — бросила ему Холли, пришедшая в еще большее негодование при виде его глупой улыбки. — Я занята. И твои дурацкие цветы мне тоже не нужны.

— Это не твои дурацкие цветы. — Невозмутимая улыбка Эдама сделалась еще шире, когда Холли, вставая, снова дала ему взглянуть на верх чулка. — Тебе не придется швырять их в ближайшую урну.

Чувствуя себя вдвойне неловко, Холли принялась поправлять прическу.

— Что там с моей контактной линзой? — спросила сидевшая в кресле женщина, раздраженно барабаня алыми коготками по своему стакану.

— Прошу прощения, — сказала Холли, — ее не найти. — И тут же завизжала, так как Эдам направился к ней, быстро сунул завернутый в целлофан букет под мышку и свободной рукой потянулся к ее груди.

Холли даже не успела отбить его наглую руку, и эти огромные пальцы игрока в регби легко коснулись ее левого соска. Через долю секунды он уже держал указательный и большой пальцы сложенными в виде буквы «О», в точности соответствующей форме, какую сейчас имел рот Холли.

— Контактной линзе повезло, — пробасил Эдам и передал бесценный пластиковый кружочек благодарной владелице.

Холли пришлось сдержать свою ярость, так же как и желание залепить пощечину этой ухмыляющейся физиономии. Чувство собственного достоинства вернулось к ней, и, отряхнув с колен ворсинки от ковра, Холли удалилась за свою стойку и занялась стопкой счетов.

— Камушков, значит, нет, — заметил Эдам, облокотившись о стойку и глядя на дрожащие пальцы Холли.

— Прошу прощения?

— Ты не помолвлена с этим великолепным Максом.

— Еще нет, — ледяным тоном ответила Холли, молясь, чтобы Макс не решил именно сейчас примчаться сюда и начать на нее орать. Бросив многозначительный взгляд на букет, который держал Эдам, она спросила:

— Могу я чем-нибудь помочь?

— Можешь, и даже больше, чем думаешь, — ответил Эдам печальным тоном. — Ну, раз ты во всех остальных смыслах занята, то, может быть, скажешь, как пройти к Тессе? Эти цветы, — добавил он, в шутку извиняясь, — для нее.

— Двенадцатый номер. Третий этаж, — ответила Холли, слегка обиженная. Ей даже и в голову не приходило, что Эдам мог явиться сюда к кому-то другому. — Что это ты вдруг? Ты же с ней почти незнаком.

— Я познакомился с ней в Эскоте, — сказал Эдам. — Она мне понравилась. Я был расстроен, когда услышал о том, что случилось. Но сейчас ведь с ней все в порядке?

Холли заставила себя успокоиться. В конце концов, Эдам Перри ей даже не нравится. И два десятка красных роз — это так типично для него. Никакого воображения, никакой утонченности…

— В порядке. Но у Тессы постельный режим. Мне позвонить ей и предупредить, что ты тут?

— Незачем. — Эдам помотал головой и снова улыбнулся своей ненавистной ей улыбкой. — Ты же, милая, меня знаешь. Я люблю удивлять людей.

…………………………………………..

— Какая прелесть! — воскликнула Тесса, искренне тронутая жестом Эдама. В отличие от Холли, Тессе сразу понравился этот крупный светловолосый мужчина, который сейчас осторожно пытался разместиться в кресле рядом с ее кроватью.