Джилл Мэнселл - Соло

Антонии было абсолютно наплевать, за счет чего шары держатся в воздухе, ей просто нравилось летать. К тому же она сумела устроить так, что в этот полет они отправятся вместе с Россом.

Засунув озябшие руки в карманы своей лыжной куртки, она прислонилась к капоту бронзовой «ауди» Ричарда и наблюдала за тем, как Ричард с Россом проверяют швартовые концы, удерживающие сейчас сине-зеленый полосатый шар. Этим шаром Ричард владел на пару с одним очень некрасивым французом по имени Морис Бертран.

От одного того, что она видела Росса, Антония уже чувствовала себя лучше, бодрее. В выцветших джинсах и белой дутой куртке, с вьющимися черными волосами, закрывающими часть воротника, он стоял, уперев руки в свои стройные бедра. Антония смотрела на Росса, и у нее от желания перехватывало дыхание. Ей надо его вернуть.

— Хорошо выглядишь, — сказала она ему через час, когда они наконец поднялись в воздух. Газовая горелка ревела, а Морис проверял тросы и сверялся с компасом. Он был полностью поглощен управлением шаром и, что говорит Антония, не слушал.

— Наверняка тебе нелегко, — добавила она, говоря тихо и пододвигаясь поближе к Россу.

— Что нелегко? — Росс не смотрел на нее. Он окидывал взглядом горизонт. Прямо под ними ряды белых домиков, размером с игрушечные, взбирались на склон холма. Горелка была отключена, и тишина стояла невероятная. Они пролетали высоко над городом, и все это, по мнению Антонии, было до крайности эротично.

— Наверняка тебе нелегко, — терпеливо продолжила она. — Ведь бедная Тесса прикована к постели и недоступна. Тебя это… не расстраивает?

— Ничуть, — ответил Росс веселым тоном. Это была полная ложь, но он сразу понял, куда клонит Антония, и подыгрывать ей не собирался. Он не даст ей почувствовать себя удовлетворенной ни в каком смысле…

— Ты меня удивляешь. — Антония подула на ладони, пытаясь их согреть и думая о том, насколько приятнее было бы засунуть их под кашемировый свитер Росса. — Я не относила тебя к тем, кто стремится к половому воздержанию.

— Ну, вот теперь ты видишь, — произнес гордым тоном Росс, — мне есть чем удивить.

— В прошлом году точно было чем. — Антония оглянулась на Мориса и еще больше понизила голос. — Когда мы в прошлый раз летали, мы ведь вступили в клуб любителей секса в воздухе, разве ты не помнишь, милый?

Росс улыбнулся. Ее грубые методы на него не действовали.

— Это ты, может, в прошлом году туда вступила, а я был учредителем.

— Ты ведь не ожидаешь, что я поверю в то, что ты изменился, — тихо проговорила Антония, придвигаясь еще ближе. — Росс, это же неестественно! Я понимаю, что бедная Тесса не виновата, но она ведь не может дать то, что тебе нужно, к тому же после того, как Ричард на той неделе сорвал себе спину, мы ни разу с ним…

— На твоем месте я бы не называл Тессу бедной, — резко прервал ее Росс. Она чувствует себя превосходно, ребенок — тоже, и оба мы очень счастливы. А поскольку мне не очень интересно слушать о проблемах твоей половой жизни, то, может быть, ты оставишь эту тему? Смотри. — Он показал вниз, на машину, идущую по обсаженной деревьями дороге. — Вон Ричард едет на своем джипе в Лэнсдаун.

— Да пошел он… этот Ричард, — грубо заявила Антония. — В последние дни он только и ноет, что я трачу слишком много денег на платья. Если бы он знал, сколько они стоят на самом деле…

— И как часто ты их снимаешь? — спросил Росс, не в силах удержаться от колкой шутки.

Полет выходил совсем не таким, как планировала Антония. Приведенная в совершенное замешательство, она обернулась и гневно на него посмотрела.

— Теперь ты читаешь мне мораль? Росс, тебе это совсем не идет.

Он равнодушно пожал плечами.

— Спорю, что это продлится два месяца. Нет, — поправилась она, — полтора.

— Как хочешь, так и думай, — язвительно произнес Росс. — Только не приставай ко мне. В прошлом году было здорово, но сейчас все изменилось. Я собираюсь жениться на Тессе.

К этому моменту Морис уже не мог их не слышать, но Антонии было наплевать. Она потеряла самообладание и заговорила громче. Шипение внезапно включившейся пропановой горелки не могло заглушить ее голоса.

— Боже, какая она хитрая! Ты разве не видишь, что она с тобой делает?

— Поскольку из корзины я выкинуть тебя не могу, — сказал Росс, устало посмотрев на Антонию, — то, я полагаю, мне предстоит это узнать.

— Да это же самый старый способ! — кричала Антония, возмущенная такой несправедливостью. — У нее нет ничего, у тебя есть все. Она умышленно беременеет, а потом корчит из себя недотрогу. Боже мой, да такой фокус любая может выкинуть… даже я могла бы так сделать!