Джилл Мэнселл - Соло

— Это должно произойти само собой, заставить себя полюбить кого-то невозможно, — помог ей закончить фразу Эдам. Затем с широкой улыбкой он добавил: — Хотя Максу потребовалось много времени, чтобы разобраться в своих чувствах.

— Ты правда чудесный. — Слезы ее снова набирали скорость. Отбросив в сторону шелковую рубашку, Холли сказала: — Может быть, и хорошо, что у нас ничего не получилось. Ты слишком хорош для меня.

И вот она была уже в его объятьях, рыдала, уткнувшись в его грудь, и выла.

— Мы ведь останемся по-прежнему друзьями? Мы не потеряем связь… я хочу, чтобы мы всегда оставались друзьями.

— Мы всегда и были друзьями. — Эдам поцеловал ее в макушку, потом отлепил от себя, чтобы можно было хорошенько на нее посмотреть. Некоторое время назад, когда он понял, что Холли по-прежнему не отвечает ему взаимностью, он смирился с этим фактом со свойственными ему юмором и стоицизмом. — И что бы ты ни делала, дорогая, не трать времени на беспокойство обо мне. И если это не очень сильно подействует на твою самооценку, то я скажу, что я не собираюсь остаток жизни потратить на эмоциональную деградацию, от чувств не погублю свою жизнь, от чувств не загнусь.

— Ты еще встретишь кого-нибудь, я уверена, что встретишь, — сказала Холли убедительным тоном. — И из тебя получится самый замечательный муж в мире.

— Естественно, получится, — согласился Эдам со свойственной ему скромностью. Улыбнувшись ей, он добавил: — Если мне понадобится вдруг рекомендательное письмо, которое бы говорило об этом, я обещаю, что обращусь к тебе первой.

— Я дам тебе самые прекрасные рекомендации, — заявила с жаром Холли.

— Прекрасно. — Он поцеловал ее на прощание в мокрую щеку. Через ее плечо он мог видеть, что Макс и Тесса на улице ждут рядом с такси. — Э-э-э… а ты умеешь писать по-португальски?

Холли разинула рот от удивления, затем громко расхохоталась.

— Ах ты, хитрюга! Луиза?

Приняв вид оскорбленной невинности, Эдам сказал:

— Ну а что, ты думала, мы делали ночами последние несколько недель? Играли в игру, составляя из квадратиков разные слова на двух языках?

— Здесь просто сумасшедший дом, — сказал раздраженно Росс, когда мимо стойки администратора прошла шумная вереница танцующих под барабаны, которые опрокидывали за собой рождественские елки. — И где, черт побери, этот чертов Макс? Ты, кажется, сказала, что он вышел за подарками.

Было девять тридцать. Грейс, которая убегалась за день, поставила на место телефон и быстро взяла из рук Росса свой стакан с апельсиновым соком.

— Он скоро вернется. И, пожалуйста, не пей мой сок — в следующий раз я смогу налить его себе, может, только через несколько часов.

Росс, который уже попробовал, что у нее в стакане, поморщился.

— Фу, без водки. Я думал, что это только у меня нет рождественского настроения.

— Выше голову, — сказала Грейс, сочувственно улыбаясь. Она только что говорила с Максом, который звонил по мобильному, чтобы сказать ей, что они свернули с автострады номер четыре и будут дома через двадцать минут. — Отличная вечеринка. И сегодня сочельник, Росс. Попытайся хотя бы немного повеселиться. Или можешь хотя бы сделать вид, что тебе весело.

— Ха-ха-ха, — произнес он саркастически, собираясь с духом, чтобы снова войти в танцевальный зал. — Большое спасибо, ты мне очень помогла.

— Да не за что, — ответила Грейс, снова украдкой взглянув на часы. — Для этого и существуют дочери.

…………………………………………..

— Я волнуюсь, — сказала Тесса, когда они остановились у отеля. — Правда, волнуюсь. Боже мой. А что, если все это ужасная ошибка?

— Ну, в таком случае, — протянул Макс, — я думаю, что мне придется развернуться и посадить вас снова на тот же самолет.

— Не издевайся надо мной! — заныла Тесса. — Это так страшно. Посмотри, здесь стоят сотни машин — это значит, что тут снова вечеринка. А тебе прекрасно известно, что каждый раз, когда я прихожу на вечернику в этот отель, случается что-то ужасное.

— Ну, вообще-то, нет, — сказала Холли. — А как насчет первого раза? Тогда было не так уж ужасно.

— Ты хочешь сказать, тогда, когда я проснулась наутро и обнаружила, что лежу одна в кровати Росса? Он оставил пятьдесят фунтов и записку, чтобы я убиралась, но он не мог адресовать эту записку мне, потому что не знал, как меня зовут. — Тесса немного извратила факты, но это, во всяком случае, позволило подчеркнуть, что она имела в виду. Она чуть не прыснула со смеху, когда увидела выражение лица Холли. — Видишь? — заключила она с грустным упреком. — Я же сказала тебе, что это было ужасно.