Джилл Мэнселл - Соло

— Конечно, нет. Многие из них могут быть даже очень хорошими. — Тесса подумала, приедет ли Эдам Перри. Она послала ему приглашение, но Холли на прошлой неделе упомянула, что он сейчас в Португалии.

— Все дело в том, — уныло ответила Холли, — что я влюбляюсь не в тех.

К шести тридцати стало ясно, что выставка будет иметь огромный успех. Атмосфера в зале, до отказа набитом посетителями, была оживленная, и импровизированная смена места проведения выставки только добавила дополнительный градус к общему возбуждению. Тесса видела, что назревает настоящая веселая вечеринка. Она искренне радовалась, когда слышала, как хвалят ее картины, и радость ее возросла еще больше, когда она поняла, что хвалят их всерьез. Картины ее уже вовсю покупались как профессиональными скупщиками, так и частными коллекционерами, которых не смущали цены, установленные Россом и Маркусом Девенишем. Самой же Тессе цены эти казались просто запредельными.

— Ты этого стоишь, — уже в десятый раз за вечер втолковывал ей Росс, когда она впадала в панику, боясь, что картины останутся не раскупленными. — Тесса, все убеждены, что так и надо, и поверь, цены не такие уж высокие, это плата за твой тяжелый труд и награда за талант, не говоря уже о том, — закончил он, похотливо подмигнув ей, — что сюда заложены и мои комиссионные.

И, к огромному облегчению Тессы, страхи ее действительно оказались безосновательными. В зале тут и там на рамах картин появлялись красные таблички с надписью «Продано», и к ней все время подбегала Холли, чтобы пересказать какую-нибудь скандальную сплетню или с гордым видом поведать о том, кто что купил.

— Ну, что, теперь ты счастлива? — спросил Росс, опираясь на свою черную тросточку и весело глядя на Тессу. В своем темном костюме, с почти черными волосами, он был так красив, что у Тессы перехватило дыхание. Невозможно было даже представить, что он мог остаться инвалидом на всю жизнь, оказался бы заключенным в этом бесконечно совершенном, но неподвижном теле. Она была так счастлива… они были так счастливы…

— Очень счастлива, — призналась Тесса, обняв Росса за талию, — хотя, конечно, это может быть из-за шампанского.

— А может быть, из-за того, что эти торговцы с Бонд-стрит, которые стоят вон там, называют тебя новым талантом, — проговорил он, так как только что бессовестно подслушал их разговор. — Ну, давай, новый талант, поцелуй меня.

Когда теплые губы Росса коснулись ее губ, вокруг засверкали вспышки фотоаппаратов, и этот интимный момент был запечатлен для потомства, а также для утренних газет. Представители прессы, явившиеся сюда в огромном количестве, нюхом чуяли сенсацию, знали, где ее найти.

— Как жаль, что так произошло с Друмлаханом, — прошептала Тесса, касаясь губами мочки уха Росса, — замок продали с молотка на прошлой неделе какому-то лондонскому консорциуму.

Росс склонил голову набок и искоса посмотрел на нее, на лице его было самое невинное выражение.

— Хм, ну, ничего, — загадочным тоном произнес он, — будут и другие замки.

Тесса, однако, не могла оставить эту тему.

— Скажи, — произнесла она медленно, как бы сомневаясь, задавать или нет свой вопрос, — ты бы и правда остался в Шотландии, чтобы наблюдать за работами?

Росс не мог удержаться, он разразился хохотом. «Это, — подумал он радостно, — не давало ей покоя несколько недель».

— Конечно нет, милая. Для такой работы нанимают людей. Я так сказал, просто чтобы посмотреть, как ты отреагируешь. — Затем, пока она не успела ответить какой-нибудь колкостью, он ее снова поцеловал, очень пылко.

— На нас же смотрят, — сказала Тесса, отстраняясь от него и пытаясь вернуться в русло соблюдаемых в обществе приличий. Она раскраснелась и приглаживала свои волосы. — А где Оливия?

— Последний раз я ее видел с Эдамом, и она размахивала красной биркой, я думаю, что ее продали.

«Ага, значит, Эдам здесь», — подумала Тесса и улыбнулась в душе, надеясь, что судьба вмешается и расставит все на свои места. Холли была здесь и производила впечатление одинокой девушки, у которой нет никаких забот, но которой кто-то нужен. А Эдам все-таки очень приятный человек.

В это мгновение чья-то загорелая рука обвила талию Тессы, и на ухо искусительным голосом зашептали: «Ну, так каково это — чувствовать себя знаменитой?»

Тесса резко обернулась, не обращая внимания на выражение лица Росса, и расцеловала Доминика в обе щеки.

— Я думала, ты не приедешь.