Элен Гома - Зависимые

— Забирайся внутрь. Мы едем обедать. — Эви с недоверием смотрит на меня, а затем… слушается? Серьезно?

Пока она не передумала, я закрываю дверцу, огибаю машину, и сажусь за руль.

Похоже, я и правда облажался. Но она тоже хочет разобраться с этим, как и я. Это прогресс.

— Чтоб ты знал, я поехала с тобой только потому, что голодна.

— Прекрасно. Куда ты хочешь?

— Бургер Кинг.

Интересный выбор. Обычно девушки просят сводить их в дорогущий ресторан, перед тем, как запрыгнуть в мою постель. Быть может, они таким образом компенсируют себе утраченное достоинство.

— Замечательно. Мы закажем картошку, и ты будешь есть ее из моих рук, а соус слизывать с моего пальца, пока не насытишься. А потом мы поговорим, и ты расскажешь мне, где я накосячил.

— Я не хочу об этом говорить. Это бессмысленно.

— У меня для тебя новость, сладкая. Сейчас это имеет смысл, как никогда.

— Кто такая Кэролайн? — внезапно выпаливает она, чем сбивает меня с толку. И себя, похоже, тоже.

— Эм, а что ты знаешь о Кэролайн? — аккуратно отвечаю вопросом на вопрос. Кто мог забить ее голову этим дерьмом? Откуда это вообще взялось?

— Какая разница? Важно не то, что я знаю, а то, что есть на самом деле. Так что если ты в настроении поболтать, то давай.

Я пожимаю плечами.

— Как хочешь. Кэролайн — журналистка, которая брала у меня интервью. Дважды.

— И это все?

— Все. Ты ревнуешь?

— Нет.

— Тогда почему требуешь объяснений?

— Просто так.

— Хорошо. — Я спокоен снаружи, хотя внутри готов взорваться. Кто и что наговорил ей про Кэролайн, что она так зла на меня? Мне чертовски приятно, что она ревнует, но я ненавижу, когда она в таком настроении. И тот, кто приложил к этому руку, поплатится за это, так или иначе. — Теперь я могу покормить тебя картошкой? — улыбаюсь я, когда паркуюсь возле Бургер Кинг.

— Ты не отвертишься одной картошкой. — Ее настроение немного улучшилось. По крайней мере, ее глаза больше не посылают мне ядовитых стрел.

— Для тебя все, что угодно. Я уже говорил тебе это вчера, помнишь? — А затем склоняюсь к ее уху, напоминая шепотом:

— Кроме секса втроем, естественно.

И она тает от моего обаяния, даря мне застенчивую улыбку, а ее щеки даже приобретают потрясающий розовый оттенок. Обожаю в ней это. Она может вести себя развратно, но при этом быть такой смущенной.

— Ну, и какие планы на каникулы? — спрашиваю я, держа в руках последний ломтик картошки. Она смотрит на него, не сводя глаз. — Хочешь его, не так ли?

— Никаких. И я уже сто раз сказала, что не буду есть ничего из твоих рук. Я лучше умру от голода.

— Тот, кто съел свой бургер, половину моего и заел салатом сверху, не может умереть от голода, как бы не старался. — Я отправляю ломтик в рот, отчего глаза Эви удивленно расширяются на мгновение, а затем она снова цепляет на себя равнодушную маску. Я смеюсь над ее упрямством.

— У тебя их было три. Но! Если бы это были те бургеры с пляжа, я бы забрала их все. Так что будь рад и двум с половиной.

— Ты серьезно планируешь сидеть дома все это время?

— Нет. Наверняка Молли придумает что-то интересное для нас обеих. После того, как вернется из Хэвенли, — с энтузиазмом произносит она.

— Бесспорно, вы вдвоем хорошо проведете время. — Надеюсь, она понимает, что это сарказм?

— Так и будет, если она опять не станет тебе названивать.

Нет, похоже, не понимает.

— Не надейся на это, мы в сговоре.

Она закатывает глаза.

— Я это уже поняла, команда «Моллиджер».

— Что? — Я не могу сдержать смех. — Ты придумала нам название? Ну, ты даешь, сладкая.

Черт побери, она забавная.

Она веселая, озорная, сексуальная, красивая, умная. Я смотрю на нее и не могу налюбоваться. Она как глоток свежего воздуха. Я точно не готов это потерять.

— А еще Мелисса просила составить ей компанию в конце недели. Что-то связанное со свадьбой. Раз Джекки не будет, то мне придется временно заменить ее, полагаю. — Она пожимает плечами и обхватывает губами соломинку, принимаясь за молочный коктейль.

Я наблюдаю, как она это делает, как в замедленной съемке, и задумчиво бормочу, чтобы поддержать разговор:

— Не знал, что Джекки уезжает.

— Летит в Париж искать место для галереи. Все бы ничего, если бы это не совпадало с моим днем рождения.

День рождения. Она недавно упоминала о нем.

— Когда твой день рождения?

— В среду.

— Значит, в среду ты станешь совсем взрослой, малышка?

Она кивает.

— И ты, наконец, перестанешь называть меня малышкой.