Женя Гламурная - ШИКанутые девчонки

— Ликочка, как стала на бабушку похожа, Царствие ей Небесное!

Отмывшись от тонны дешевого лака и придя в себя, Лика решила, что цвет ей даже идет (бабушкины гены!) и менять его не стоит — надо шокировать всех сменой имиджа, а перекраситься она всегда успеет.

Хуже то, что шокировать она заодно собирается и моих поклонников, так как настойчиво предлагает пригласить всех знакомых с факультета. Если бы я смогла отказать ей в ее же день рождения, то сделала бы это, не задумываясь. После вечеринки все парни только о ней и будут говорить — это уже проверено. Лика, конечно, моя мама, и я ею горжусь, но смотреть, как она флиртует с двадцатилетними парнями — увольте! Самое смешное, у нее отлично получается. Последний раз Лика провернула коронный номер «отобью-ка парня у любимой дочки» прошлым летом. Не пойму, она самоутверждается, что ли, таким оригинальным способом? У меня от этих каникул осталась целая пачка фотографий, и Лика пересматривает их каждый раз, когда теряет веру в себя.

В августе мы с Варей и обе наши мамы ездили в Сочи. Я в первый же день жестоко обгорела и, как вампир, выползала только после заката. Именно выползала, потому что любое резкое движение вызывало нестерпимую боль. Мне очень не хватало какой-нибудь летней паранджи: обгоревший нос никакая косметика не скрывала и на дискотеках со мной никто, кроме преданной Варежки, не танцует.

Но пять минут назад она в очередной раз не выдержала моего нытья и удрала на пляж. И правильно сделала: я в последние два дня сама бы от себя убежала, если бы могла. Жара такая, что даже пластиковые оконные рамы плавятся и странно пахнут. Если бы холодильник работал, я бы в него залезла, честное слово!

А все из-за него, ясноглазого консультанта из серфинг-школы в обтягивающем рыжем костюме. До сих пор не пойму, как он там не расплавится во всей этой гидрорезине?

В первый день я, стесняясь свой бледной кожи, минут двадцать искала свободный шезлонг, переступая через шоколадно-мускулистых мачо и спотыкаясь о километровые ноги их шикарных подружек. В это время он сидел на пирсе и ласково улыбался Лике, которая с интересом о чем-то его расспрашивала. На маме был купальник в клубничку, она заплела волосы в две косички и выглядела лет на тринадцать. Мне просто необходим курортный роман для восстановления самомнения!

Парень на пирсе встал, пригладил мокрую челку, вытянул руки по швам, церемонно раскланялся и красиво прыгнул в воду. Лика рассмеялась тем самым серебристым смехом, которому могут за четыре года научить только в Щукинском училище, картинно уселась в свой шезлонг и достала крем для загара. За процессом намазывания идеально плоского Ликиного живота увлеченно наблюдала вся мужская часть отдыхающих. У меня крема не было, а на маму я была слишком зла, чтобы попросить.

Варя уже познакомилась с десятком малолетних мачо, которые выглядели так, как будто заботливые мамаши в первый раз пустили их в воду без надувных кругов. Надеясь хоть тут обойти Лику, я забралась в воду к Варежке, которая отобрала у маленькой девочки надувной мячик с русалочкой и пыталась разделить своих кавалеров на две команды. Нормально поиграть не получилось: через пять минут к нам акулой подплыла разъяренная бабушка хозяйки мячика и пришлось резво расплываться от нее в разные стороны.

Я медленно гребла в сторону открытого моря, пока не поняла, что делаю самую большую глупость в своей жизни: уже устала, а еще предстоит возвращаться. Развернулась, вздохнула и… задохнулась от ужаса: «Мамочка, я больше так не буду, но что теперь-то делать?!» — поплыла обратно. Навстречу, лежа плашмя на серфе, плыл уже знакомый парень в рыжем гидрокостюме.

— Привет! — улыбнулся он.

— Привет, — невнятно пробулькала я. — А я сейчас утону…

— Прикольно! Если передумаешь, можешь ухватиться за доску.

Парень отбуксировал меня на серфе к пирсу (вот так плавать я всегда согласна), молча сгрузил на горячий камень и погреб обратно. Я ждала почти два часа, пока он, с прикрытыми усталыми глазами, не вернулся из плавания. Тут же подбежала вездесущая Лика, фамильярно вытянула его из рукавов гидрокостюма, заставила пообещать, что завтра он даст ей пару уроков виндсерфинга, и так же резво убежала обратно. Он подошел ко мне, наклонился и провел влажной рукой по спине.

— С ума сошел?! Больно же!

— Да ты обгорела…

На третий день затворничества я решила, что с ума сойду, если не искупаюсь. Варя настаивала на дискотеке, но с меня хватило вчерашних попыток замазать тональным кремом обгоревший нос.