Кэтрин Харт - Неотразимая

Увидев ее, он вопросительно приподнял свою бровь, словно говоря: "Ну так ты не хочешь меня, да?"

К тому моменту, когда Джейд добралась до своей палатки, она чувствовала себя совершенно разбитой от усталости. Мэвис была единственной, кто находился в палатке.

- Эта Шарлотт все еще развлекает Мэтта" - сухо прокомментировала она.

- Ха! Она все время вешается на него и липнет, как мокрое белье! парировала Джейд, рассерженно бросившись на свою постель.

- И именно это так тебя разозлило? - удивилась Мэвис. - Милочка, если ты не заметила, так эта женщина навязала свою компанию пастору в то самое мгновение, когда услышала, что тебя позвал Томас. Полагаю, она вообразила, что ты после себя оставила дверь широко открытой, и бедному мужчине так нужно дружеское плечо, на котором он мог бы поплакаться. Она из кожи вон лезет, лишь бы привлечь к себе его внимание. Даже удивительно, как это она еще не разделась догола и не пробралась к нему в фургон!

- Я заметила, и она вполне может взять его себе! И ты тоже отправляйся к Томасу Бейли! - Джейд махнула рукой в сторону реки. - Я оставила его там, ему нужно немного приободриться. Если ты поторопишься, то, может, застанешь его там, и он очень смущен, пытаясь понять, почему я отказалась выйти за него замуж, но должна тебя предупредить, что у него уже есть жена, хотя он не прочь приобрести еще одну. Ох эти мужчины! И зачем только Бог создал эти несносные создания!

Джейд все еще продолжала ворчать и ругаться, больше для своего спокойствия, чем для Мэвис, в то время как ее подруга тихо выскользнула из палатки и отправилась в направлении, указанном Джейд.

***

Однажды в ранний предрассветный час, когда небо еще только начинало сереть, а в палатке было темно, Джейд проснулась от какого-то фырканья и сопения. Сначала она подумала, что это одна из девушек только что пришла и пыталась раздеться без света; или, возможно, Фэнси снова начала храпеть, как это иногда с ней бывало. Шум прекратился, и Джейд снова было задремала, когда услышала царапанье.

Очевидно, она оказалась не единственной, кого это разбудило, через несколько секунд раздался недовольный голос Блисс:

- Черт возьми! У кого из вас появились блохи, может, вы выйдете чесаться на улицу и дадите остальным поспать?

- Должно быть, это Фэнси, - сонно пробормотала Лизетт.

- Вот и нет, - зевнула Фэнси. - Я не храплю.

- Ну, то уж точно и не я, - прошептала Пичес. - Да помолчите вы немного!

Несколько минут все было тихо, хотя странный резкий запах стал распространяться в палатке. Затем раздался громкий вопль.

- О, Боже! - закричала Мэвис, остальные мгновенно избавились от остатков сна. - Здесь скунс!

Какое столпотворение тут началось. Крича громче, чем обезумевшие койоты, женщины повскакали со своих постелей из-под груды одеял и, сталкиваясь друг с другом, кинулись к выходу. Они выскочили из палатки как три пары обезумевших газелей.

Мэтт проснулся от первого же громкого крика, сердце бешено забилось у него в груди.

Не отдавая отчета в своих действиях, он вскочил с постели и быстро натянул бриджи поверх трусов. В спешке забыв про рубашку и ботинки, он выскочил наружу с одной только мыслью, вертевшейся у него в голове, - нужно спасти Джейд от любой угрожавшей ей опасности.

Добежав до соседней палатки, Мэтт резко остановился, с трудом воспринимая невероятное зрелище, представшее перед ним. В неярком предутреннем свете он насчитал полдюжины весьма изысканных полуодетых девиц, коих ему доводилось видеть, - все они дрожали и тряслись, размахивая обнаженными руками, их ноги и грудь также были обнажены, своим видом они напоминали русалок в лунном свете.

Определенно, никто из них не привык носить скромные и привычные ночные рубашки.

Напротив, они были разодеты в разноцветные шелка и сатин, украшенные разнообразными бантами и оборками. Он с изумлением заметил также корсеты, соединенные с коротенькими французскими трусиками, прозрачные комбинации и коротенькие пышные нижние юбочки, перехваченные красивыми поясами.

И Джейд... Джейд щеголяла в сорочке с глубоким вырезом, которую надевают под вечернее платье, а бретельки, предназначенные для прикрепления рукавов, спадали ей на плечи.

Эта сорочка из блестящего изумрудного шелка, плотно облегавшая ее тело, была сильно присборена на талии и спадала до колен красивыми фалдами. Ее груди казались белыми, как снег, на фоне черного кружева, которым был отделан вырез.

У Мэтта пересохло во рту от такого количества прекрасной плоти, представшей перед его жадным восхищенным взором. Возбужденные крики женщин наконец вернули его к действительности.