Виктория Холт - Лев-триумфатор

Мне, казалось, что вокруг меня витает ненависть Какая-то дьявольская сила пыталась погубить меня Как-то я обнаружила в ящике моего столика фигурку, вылепленную из воска.

Фигурка изображала красивую девушку с черными волосами, собранными в высокую прическу, которая увенчивалась миниатюрным гребнем. Девушка была одета в бархатное платье, и сходство сразу поразило меня. Изабелла! Несомненно, это была она!

Я взяла фигурку в руки. Какой ужас охватил меня! Чуть ниже того места, где должно было быть сердце, из платья торчала булавка.

Кто-то положил этот предмет в ящик. Кто? Кто-то вылепил фигурку, похожую на Изабеллу. Кто-то воткнул в сердце булавку и положил фигурку в мой ящик!

Я стояла, зажав ее в руке.

Дверь открылась. В испуге я подняла глаза и увидела в зеркале темное отражение.

С облегчением я поняла, что это всего лишь Мануэла.

Я сжала в руке фигурку и повернулась к ней. Заметила ли она, как я была взволнована?

- Дети хотят пожелать вам доброй ночи, - сказала она.

- Сейчас приду, Мануэла.

Она вышла, а я стояла, уставившись на предмет в моей руке; затем, с силой бросив его обратно в ящик, я пошла в детскую.

Я не слышала, что говорят дети, а думала только о том ужасном предмете и его назначении.

Кто положил его туда? Тот, кто желал мне зла. Кто-то, кто обвинял меня в смерти Изабеллы. Я должна уничтожить фигурку как можно скорее. Пока она была там, я не чувствовала себя в безопасности.

Подоткнув одеяла у детей и поцеловав их на ночь, я вернулась в свою комнату.

Я открыла ящик. Фигурка исчезла.

***

Я рассказала Фелипе о своей находке, и мой рассказ сильно испугал его.

- Она исчезла? - вскричал он. - Тебе ни в коем случае не следовало класть фигурку обратно в ящик. Ты должна была немедленно уничтожить ее.

- Это значит, кто-то считает, будто я убила Изабеллу.

- Это значит, что кто-то хочет доказать, что ты ведьма.

Мне не нужно было спрашивать, что он имеет в виду.

- Меня уже обвиняли в этом на корабле, - с дрожью в голосе произнесла я. Я была на краю страшной смерти.

- Мы должны уехать отсюда как можно быстрее. Дон Фелипе решил ускорить приготовления к нашему отъезду.

Страх поселился в доме. Огромная тень инквизиции нависла над нами. Иногда я просыпалась от собственного крика, мне снилось, что я в клетке. Я видела себя во сне в ужасном балахоне и ощущала потрескивание пламени у моих ног, а Фелипе обнимал и успокаивал меня.

- Скоро, - обещал он, - мы будем в безопасности с Мадриде.

- Фелипе, - спросила я, - что, если бы они захотели забрать меня.., как бы они пришли? Он ответил:

- Они обычно приходят ночью и стучат в дверь. Мы бы услышали слова: "Откройте, во имя Святой инквизиции". Никто не посмеет ослушаться этих слов.

- И тогда они забрали бы меня, Фелипе, для допроса, верно? Но чего мне опасаться?

- Любой, попадающий в руки инквизиции, имеет повод бояться.

- Невиновный человек...

- Даже невиновный.

- Если они посчитают, что ты ведьма, они придут за тобой, - продолжал он. - Если они придут ночью, я спрячу тебя. Мы сделаем вид, что ты исчезла, что ты на самом деле ведьма и вызвала на помощь дьявола В спальне есть потайная дверь. - Он показал мне ее. - Ты будешь прятаться здесь до тех пор, пока я не найду способ спасти тебя.

- Фелипе, та женщина может донести на меня?

- Вполне, - ответил он. - И если это так, они придут за тобой.

- Ты считаешь, она уже донесла?

- Не знаю. Люди боятся инквизиции, так как сами могут оказаться в ее руках. Будем молиться, чтобы Пилар сказала это только тебе.

Я вся дрожала в его объятиях, и он произнес, успокаивая меня:

- Тебе нечего бояться, любовь моя. Мы перехитрим любого, кто пойдет против нас.

- Если ты спрячешь меня, Фелипе, - предположила я, - не означало бы это противодействие инквизиции? Он молчал. Я продолжала:

- Ради меня ты пошел бы против инквизиции? Ты бы оставил в своем доме еретичку, потому что любишь ее?

- Тише. Не произноси этого слова, Каталина, даже когда мы одни. Мы должны быть осторожны. Я ускорю наш отъезд. Скоро мы уедем отсюда и будем в безопасности.

Шли дни. Мы ждали корабль. Когда он придет, мы попрощаемся с гасиендой и Хани, доном Луисом и малышкой Эдвиной. Я уговорила Фелипе разрешить Карлосу поехать с нами. Мануэла тоже будет сопровождать нас вместе с Дженнет и маленьким Жако.

Меня приводила в отчаяние одна только мысль о расставании с Хани; но я понимала, что теперь постоянно нахожусь в опасности, в любой момент может раздасться стук в дверь. Подобного рода ожидание стало невыносимым.