Виктория Холт - Слезы печали

- Арабелла, я собираюсь жениться на вас.

- Вы забываете о том, что для брака необходимо согласие обеих сторон.

- Вы согласитесь, я вам обещаю это.

- Не стоит быть столь щедрым на обещания. Именно это наверняка окажется невыполненным.

Он взял меня за подбородок и заставил взглянуть ему прямо в глаза.

- Я могу дать еще одно обещание: однажды став моей, вы никогда не захотите покинуть меня.

Я рассмеялась. Меня охватило неистовое возбуждение. Откровенно говоря, уже давно ничто не доставляло мне такого удовольствия. Было так чудесно - иметь возможность сбить с него спесь, дать ему понять, что я не намереваюсь подчиняться его приказаниям.

- Что ж... Говоря вашими словами, я никогда не стану вашей.

- Не будьте столь уверены.

- Я абсолютно уверена в этом.

- Вы совершаете ошибку, Арабелла - Отвергнув ваше предложение?

- Нет, думая, что я не сумею взять вас.

- Вы говорите так, будто я шахматная пешка.

- На самом деле вы - исключительно важная фигура, моя королева.

- Которая будет делать ходы в соответствии с вашими желаниями.

- Да, - подтвердил Карлтон, - в соответствии с моими желаниями.

- Ну, с меня достаточно, - промолвила я и встала.

- А с меня - нет, - сказал он, поднимаясь вместе со мной, положил руки мне на плечи и заставил меня вновь усесться на скамью.

- Я вижу, из вас получился бы муж с весьма дурными манерами, - сказала я.

- Когда этого требуют обстоятельства. Но при любых обстоятельствах вы найдете меня очень подходящим для вас мужем.

Я серьезно сказала:

- Существовал лишь один человек, который мне подходил, и я благодарю Бога за то, что он был моим мужем, пусть и недолго.

Карлтон возвел глаза к небу.

- Причисленный к лику святых Эдвин, - сказал он.

- Умоляю, не смейтесь над этим.

- Вы такая же, как все, Арабелла. Вы меня разочаровываете. Я всегда думал, что вы другая. Как только сердце мужчины перестает биться, он становится святым.

- Я не сказала, что Эдвин был святым. Я говорила, что он самый замечательный человек из всех, кого я знала или когда-нибудь узнаю, и что никто не сможет заменить мне его.

- Нельзя обожествлять людей, Арабелла.

- Я любила Эдвина и все еще люблю его. Неужели вы не понимаете? Никто, никто не может занять его место в моем сердце.

- Вы ошибаетесь. Кое-кто может вытеснить его. Именно это вы и узнаете, выйдя за меня замуж.

- Я больше не хочу вас слушать.

- Вы будете меня слушать. Я собираюсь сказать вам...

Он вдруг умолк, и я удивленно посмотрела на него. Его настроение резко изменилось. Он сказал:

- Неужели вы думаете, что я боюсь мертвого? Я никого не боюсь, Арабелла. И уж, во всяком случае, не святых на глиняных ногах. Таких святых несложно повергнуть.

- Перестаньте насмехаться над Эдвином. Вы недостойны расшнуровывать его сапоги.

- Сапоги нынче без шнуровки, а это ваше замечание Джаспер счел бы весьма непочтительным.

- Меня не интересует Джаспер.

- Но вас должна интересовать правда.

- Я возвращаюсь к своим розам, - сказала я. - Ваша жена совсем недавно умерла...

- Барбари первой расхохоталась бы, услышав ваши слова. Вы знаете, что представлял собой наш брак.

- Это еще одна причина, по которой я отвергаю ваше предложение. Она была живым примером того, как не следует поступать.

- Но вы не Барбари.

- Вы никогда не будете верны одной женщине.

- Бросаю вам вызов, дрожайшая Арабелла. Подумайте только, как будет интересно сделать меня таким.

- Возможно, эта задача не стоит трудов. Барбари не бралась за нее.

- Бедная Барбари! Для нее это действительно было безнадежно. Но почему мы постоянно говорим о мертвых? Я жив. Вы живы. Мы - двое живых людей. Правда, все эти годы вы были живы лишь наполовину. Вылезайте из своей раковины и живите.

- Я живу полной и интересной жизнью. У меня есть ребенок.

- Э, бросьте! Вы заперли себя с мертвецом. Вы сотворили себе кумира и поклоняетесь ему. Это фальшивая святыня. Эдвин мертв. Вы живы. У вас есть ребенок. Вам нужен я. Я могу сделать вас счастливой, помогу воспитать вашего сына. У нас будут свои сыновья и дочери. Вы нужны мне, Арабелла. Нужны с того самого момента, как я вас увидел. Все это время я сохранял спокойствие, но больше не могу стоять в Я избегала Карлтона. Кажется, это забавляло его. Когда мы находились в одной компании, я постоянно ощущала на себе его насмешливый взгляд. Этот наглец и в самом деле надеялся, что я сочту его неотразимым.

Шла война с голландцами, и к нам постоянно поступали тревожные вести. Все обсуждали изобретение голландцев - соединенные цепями пушечные ядра, наносившие страшные повреждения нашим кораблям. Были даны распоряжения отогнать скот из Ромни-Марш на случай, если высадятся голландцы. В июле мы одержали победу, но потери с обеих сторон были огромны.