Лиза Клейпас - Любовник леди Софии

- Энтони, - повторил Росс, пристально изучая взглядом стройного светловолосого молодого человека. Он ничуть не сомневался, что это и есть тот самый Энтони, который когда-то соблазнил Софию.

- Он самый младший из троих сыновей, - пояснила миссис Кэннон, - и, как мне кажется, самый одаренный из них. Если бы ты знал, какой у него чудный тенор! Как он поет! Уверяю, от волнения у тебя мурашки бы по коже забегали!

Увы, откуда миссис Кэннон было знать, что ее сын куда больше заинтересован в том, чтобы мурашки забегали по коже у самого юного Линдхерста, только не от волнения, от страха.

- Самонадеянный щенок, - пробормотал он.

Что бы там ни говорил Софии этот драгоценный Энтони - пытался ли искупить вину за прошлое или, что скорее похоже на правду, шантажировал им свою бывшую возлюбленную, - Росс был намерен преподать этому наглецу урок.

- Что ты сказал? - переспросила миссис Кэннон. - Господи, откуда у вас с Мэтью эта вечная привычка бормотать, себе под нос? Я даже начала подозревать, уж не стала ли я туга на ухо.

Росс на мгновение оторвал от Энтони взгляд:

- Прошу простить меня, мама. Но я назвал мистера Линдхерста самонадеянным щенком.

Судя по всему, Кэтрин Кэннон была ошарашена такой характеристикой душки Энтони.

- Но ведь мистер Линдхерст всего лишь разговаривает с Софией. Думаю, тебе не пристало вести себя так, словно он совершил неблагородный поступок. И вообще, как это на тебя не похоже - ни с того ни с сего вдруг сделаться ревнивцем! Надеюсь, ты не собираешься устроить сцену ревности?

Росс моментально нацепил на лицо улыбку.

- Я никогда не устраиваю сцен, мама, - примирительно произнес он.

Успокоенная, миссис Кэннон одарила его счастливой улыбкой:

- Вот так куда лучше, дорогой мой. А теперь, если ты пойдешь со мной, я представлю тебя лорду и леди Мэддокс. Они недавно приобрели по соседству с нами поместье Эверли - ты знаешь, то самое, которое давно стояло заброшенным, и теперь заняты тем, что заново отделывают все восточное кры...

Миссис Кэннон умолкла на полуслове, неожиданно - к своему великому изумлению - обнаружив, что Росса рядом с ней нет.

- Боже мой, что за таинственные исчезновения! - воскликнула она, слегка раздраженная такой непочтительностью со стороны старшего сына. - Не иначе как он позабыл, что здесь не Боу-стрит. И, покачав головой - мол, что поделаешь с молодым поколением, - допила свое шампанское и направилась к кружку знакомых.

***

Оставив Софию стоять в растерянности посреди портретной галереи, Энтони отправился бродить по дому, все больше удаляясь от гостиной. Встретив на своем пути огромное зеркало в тяжелой золоченой раме, он не преминул подойти к нему, чтобы полюбоваться на свою персону. Отметив, что одежда сидит на нем безукоризненно, он зашагал дальше, пока не вышел к открытой оранжерее, чтобы выкурить сигару и подышать свежим воздухом.

Ночь стояла темная и теплая, воздух был полон шелеста листьев и негромкой музыки, что доносилась сюда из гостиной.

Исполненный приятного предвкушения, Энтони задумался о тех переменах, которые произошли с его бывшей возлюбленной. Обычно, порвав отношения с женщиной, он не интересовался ее дальнейшей судьбой. София не была исключением - как партнерша по любовным утехам она была неопытна и наивна, чем поначалу и подкупила его. Увы, вскоре она ему наскучила, а то, что поначалу вызывало влюбленность, начало раздражать. Однако с той поры в ней произошли разительные перемены. Было видно, что за эти несколько месяцев София прошла настоящую школу любви. Теперь перед ним вместо бесхитростной девушки была взрослая, искушенная женщина, буквально излучавшая чувственность. Разве раньше были у нее такие сочные алые губы, такие свежие румяные щеки, такая томная грация в движениях? Теперь София была сама элегантность и зрелость.

Правда, вряд ли, подумал Энтони, причиной всех произошедших в ней перемен является сэр Росс. Всему Лондону известно, какой это холодный и бесчувственный тип, не говоря уже о его аскетическом образе жизни. Судя по всему, София обзавелась новым любовником. Эта маленькая тайна не давала Энтони покоя. В приятных раздумьях он потянулся в карман за сигарой.

В следующее мгновение на него откуда ни возьмись обрушилась какая-то тень. Энтони не успел даже пискнуть, как его грубо прижали к стене. Онемев от страха, он почувствовал, как что-то твердое надавило ему на горло - судя по всему, чья-то мускулистая рука. Казалось, еще мгновение, и жизнь покинет его, не выдержав этой железной хватки.