Лидия Лукьяненко - Ключевой момент

Она чуть не задушила Таню в объятиях и стала звать ее на новогоднюю дискотеку в клуб.

— Я не пойду, — отмахнулась Таня. — С мамой хочу побыть.

— Ну и побудешь! Ты же не на один день приехала? Пойдем! Там будут все наши. Полгода не виделись. Вера Анатольевна, отпустите ее, пожалуйста! Мы на пару часиков… Вы даже «Огонек» не успеете досмотреть!

— Да я не против, — согласилась мама. — Тань, ты чего? Иди, повидаешься с друзьями.

— Я не хочу. Лучше ты, Настя, с нами оставайся.

— Ты что? Меня же Колька ждет. Я потанцевать хочу. Ну ладно. С Новым годом вас! Приходи, если надумаешь…

Она чмокнула подругу в щечку и убежала.

— А чего ты и правда, Тань?.. — удивилась мама, когда за Настей закрылась дверь. — Пошла бы. Меня волки не съедят.

— Не хочу, — отрезала Таня.

— Почему?

— Ну не хочу и все.

— Из-за Федьки, что ли?

— Федька тут ни при чем. Ты видела, какая она разодетая? И все такие придут. А я, как всегда, в старье!

— Таня!

— Прости… Прости, мам… Я не в обиду тебе… Просто не хочется выглядеть хуже других… Мне лично плевать на шмотки. Но у нас же по одежке встречают. Ну не обижайся. — Она обняла маму, видя, как та огорчилась. — Ты лучшая из мам. Ты дала мне гораздо больше, чем модные тряпки. И не твоя вина, что папочка-кобель никогда и копейки для меня не прислал…

— Таня…

— Все, все, молчу. Но и ты меня пойми. Мне всего восемнадцать. Хочется быть красивой.

— Ты и так красивая…

В дверь снова постучали.

— Входите! — закричали они в два голоса. Дверь после Насти никто не запирал.

Стук повторился.

— Ну, кто там такой деликатный? — удивилась мама и пошла открывать.

Вообще, к Вере Анатольевне в новогоднюю ночь мог зайти кто угодно: и бывший ученик, и сосед-пьяница. Но это был Костя. Он стоял в дверях, запорошенный снегом, и мял в руках шапку.

— Здравствуйте, — поздоровался он. — С Новым годом. А Таня дома?

— Дома, дома, — ответила мама. — А ты кто ж такой будешь?

— Я — Костя.

— A-а! Сын Вани Васильева?

— Да.

— Как там отец?

— Хорошо. Привет вам передает.

— Спасибо. Ему тоже передай.

Таня вышла в коридор. Костя ее увидел, и лицо его осветилось улыбкой.

— Привет. С Новым годом!

— Спасибо. Тебя тоже.

— Ну, Константин, проходи, гостем будешь, — сказала мама.

— Да я, собственно, не в гости, — смутился парень. — Я хочу Таню на танцы пригласить. Вы не против?

— Конечно нет. Пойдите, потанцуйте.

— Я ее потом приведу.

— Да уж приведи, раз приглашаешь.

Таня вздохнула и пошла одеваться.

Танцы были в разгаре. Зал светился огнями. В углу сверкала елка. Ансамбль исполнял популярную песню. Пела ее хорошенькая девочка, наверное школьница. Таня не узнала ее. Подросла девочка, изменилась или, может, новенькая. Вокруг шумное оживление, смех.

К Тане стали подходить одноклассники. Они радостно приветствовали ее, поздравляли с Новым годом. Девчонки душили в объятиях. Таня была приятно удивлена. Ей были рады. По ней соскучились. Может, она просто придумала, что ее недолюбливали? От радостной сутолоки, веселого гама у нее поднялось настроение. Она тоже стала беспричинно смеяться над самыми невинными шутками, танцевать, рассказывать о себе и расспрашивать других. Костя веселился вместе с ней. Его многие знали. Подходили, здоровались, отводили в сторонку для недолгого разговора. Таня перетанцевала со всеми одноклассниками. Костя не ревновал. Поглядывал на нее со спокойной улыбкой. Потом пригласил сам и во время танца шепнул на ухо:

— У меня для тебя — подарок.

— Да? — удивленно спросила Таня. — А я тебе ничего не приготовила.

— Не важно, — отмахнулся он. — Ты сама для меня — подарок. — Его взгляд остановился на ее губах. — Погуляем потом?

Таня кивнула и прижалась щекой к его плечу. Внезапно улыбка исчезла с ее лица. Она увидела Федьку. Одетый и запорошенный снегом, он стоял в дверях зала. Таню он заметил не сразу, а когда увидел, шагнул назад. У нее что-то щелкнуло в груди. Так зажигается лампочка, когда включаешь свет. Теперь она не могла думать ни о чем другом. Она чувствовала, что и он думает о ней. Поэтому беззаботная радость куда-то улетучилась, а присутствие Кости стало тяготить. Таня растерялась. Почему с ней всегда так происходит при его появлении? Ну, пришел. Ну, стоит. И бог с ним! Ведь говорят, он собирается жениться. На Ленке. И вроде она действительно в положении. Так пусть себе женится! Ленка согласна жить в этой глуши, а она — нет. Пора ей избавиться от этого наваждения. Но как? Снова привести Федьку к себе? Но сейчас зима. Все в снегу. Уж если летом сквозь зелень деревьев разглядели его, то сейчас их свидание будет как на ладони. Она готова провести с ним одну-единственную ночь, потому что хочет, чтобы это был именно он и никто другой. Потом она с легкостью его отпустит, даже бросит. Да! Бросит сама. А не он ее. Она бросит. Пусть Ленка подбирает. Не жалко. Но последствия? Какие могут быть последствия? И так ясно. За один танец Костя его избил. За свидание — чуть не искалечил. А за это — просто убьет. Убьет и сядет. Один будет в тюрьме, другой — на кладбище. Здорово! Хорошенькая перспектива. И весь поселок станет твердить, что она — рыжая ведьма. И будут правы.