Нина Ламберт - История Софи

Несмотря на то, что она почти не спала всю ночь, она встала с петухами. Но Макс встал еще раньше. К чайнику он прислонил записку.

"Буду писать весь день. Просьба не тревожить!" - было написано в этой записке.

"Хорошо!" - подумала Софи. Если он будет много работать, у него постепенно улучшится настроение. Она не увидит его несколько дней. К тому времени, как он освободится, эта ночь уже станет достоянием истории.

Когда Макс был дома, все работы, которые ей уже так надоели, снова начали привлекать Софи. Она что-то мурлыкала, у нее было хорошее настроение. Макс пробыл в Лондоне всего одну ночь. Может, он и Филисити поссорились? Ага! Софи собрала свежие яйца, приготовила сено и воду для коз, постелила им свежую солому и начала планировать свой дальнейший день. Вчера ей принесли каталог семян, ей хотелось бы посадить некоторые растения.

Софи вошла в дом через черный ход, чтобы сложить яйца в кладовке, и сразу встревожилась: мрачный Макс сидел, скрестив руки, у кухонного стола, и ждал ее. Выражение его лица было страшным.

- Ч-что с-случилось? - задрожала Софи. - Я думала, вы сегодня будете писать.

Упаси Боже, не собирается же он снова начинать ее отчитывать за прошлую ночь? Может, он хочет ее отправить с утра в деревню навестить доктора Вильямса?

- Софи. - Голос Макса стал тонким и противным. - Ты ничего не хочешь сказать мне?

У Софи уже выработался рефлекс: она сразу почувствовала себя виноватой. Что она успела наделать?

Макс ждал, и Софи стало дурно.

- Когда меня не было, - почти вскрикнул он, - ты входила в мой кабинет.

- Конечно. - Софи начала заикаться. - Я, ну это.., я вытирала там пыль и чистила ковры, ну и еще что-то.

Он ничего не сказал, но посмотрел на нее таким взглядом, что у нее кровь застыла в жилах.

- Ч-что? - бормотала Софи, переминаясь с ноги на ногу. - Я что, там что-то сломала?

- Можно сказать, ты стирала пыль с медвежьей силой, Софи, дорогая, сказал Макс. От его голоса у Софи по коже побежали мурашки.

- Ну, надо же пыль вытирать время от времени, - прошептала Софи, покраснев. Может, она что-то свалила со стола или что-то разбила, или, может быть?..

- Поздравляю, - прошипел Макс. - Ты прекрасно поработала. Ты все мне стерла!

Он вскочил и начал расхаживать по кухне.

- Когда я уезжал, в компьютере были записаны примерно двенадцать тысяч слов, стоивших мне пота и крови, а я готовился к следующему раунду моей жуткой работы. Но ты смогла расправиться со всем.

- Ч-что?

- Хоть бы ты сказала мне об этом, - продолжал Макс. Он повернулся к Софи, у него гневно сверкали глаза. - Бывают всякие неожиданности. Но ты мне ничего не сказала, я сам все обнаружил, а ты собиралась промолчать обо всем!

- Я ничего не понимаю, - запротестовала Софи.

- Софи, ты что, думаешь убедить меня, что не знаешь, о чем я с тобой толкую? У моей машины такая прекрасная "защита от дураков", она никогда не дает сбоев...

- Боже мой... - выдохнула Софи и в полуобморочном состоянии упала на стул. Она вдруг ясно увидела, как яростно колотила по клавишам компьютера. Она вспомнила, как бесилась, когда экран вдруг стал чистым, когда она потихоньку читала новый роман Макса.

- Вы говорите, что...

- Ты все стерла, - ответил ей Макс. Он был таким усталым, казалось, у него не было сил даже злиться. - Ты хотя бы понимаешь, что ты наделала?

- Нет! - завопила Софи. - Этого не может быть!

- Черт возьми, что с тобой творится, Софи? Ты где ни наступишь, там обязательно случается какое-то несчастье! Если бы я знал о твоей способности все разрушать, я б посадил тебя в детский манеж и просил миссис Флойд, чтобы она присмотрела за тобой! Меня здесь не было менее двух суток, и что я обнаружил по приезде? Мой роман отправлен далеко на небо, а ты и Джим Гринэвей рвете обивку на моей мебели!

- Макс! О, Макс, мне так стыдно! - Софи была вне себя от горя. - Мне хотелось прочитать начало, и я так расстроилась, когда все прервалось, что я не думая начала нажимать какие-то клавиши. О Макс! Неужели я все стерла?!

Это было настоящее горе. Лицо Софи сморщилось и полился водопад слез, она причитала, как одержимая. Если бы Макс высек ее, ей стало бы легче, с нее свалился бы страшный груз ее настоящей вины. Ей было так жаль его нового романа. Вина ее была огромной: в своем нетерпении и невежестве она уничтожила нечто прекрасное, что было так сложно восстановить, совершила невообразимое преступление. Софи никогда не извинялась, но тут она просила снова и снова прощения среди потока искренних слез.