Стефани Лоуренс - Все о страсти

Он показал ей куда больше, чем намеревался, потрясенный и захваченный движениями маленькой ручки, неподдельным, бесстыдным, но таким искренним любопытством.

- Довольно.

Он должен остановить ее сейчас, пока еще сохраняет жалкие остатки самообладания.

Она позволила ему отвести свою руку. Но тут же отстранилась и с веселым смешком, только усилившим" его боль, медленно провела ладонью по бедрам, снизу вверх, почти до самого паха. Ее непокорные локоны свесились вниз, лаская ноющую плоть.

И тут он дрогнул. Растерялся, Прежде чем он успел потянуться к ней, она на миг прижалась к нему и, отстранившись, вскочила, легкая и ловкая. Осторожно ступая по перине, опираясь на его плечи, она поставила ноги по обе стороны его разведенных коленей и опустилась.

Вцепившись в нежные бедра, он направлял ее. Прижимал к себе, чувствуя, как ее живот скользит по его груди. Он поддерживал ее, пока она не уселась на его колени. Оседлала его.

Тряхнув головой, она послала назад копну волос, обняла его за шею и прижалась губами к губам. Внутренняя сторона бедер касалась его ног, ее колени еще не уперлись в кровать. Она прильнула к нему, с силой нажимая сверху вниз, безмолвно требуя вести ее остаток пути.

Он так и сделал, хотя один вопрос неотступно терзал его, когда он, в свою очередь, завладел ее губами, когда ее влажная тесная плоть принимала его, пульсирующую и твердую. Он окунулся в нее, наслаждаясь теплом, непонятным сочетанием упругости и мягкости, окружившей его. Она была тугая, скользкая, обжигающе горячая. И такая возбужденная, что он мог бы наполнить ее одним мощным выпадом. Но вместо этого он погружался в нее медленно, осторожно, напоминая себе, что она ежедневно скакала на лошади, пусть и в дамском седле.

Он уже наполовину вошел в нее, когда встретил преграду. Варвар, сидевший внутри, зарычал от удовольствия. Он смял ее губы поцелуем, обхватил бедра и чуть приподнял, ровно настолько, чтобы резко опустить, разрывая последний барьер и утверждая свое господство.

Она отдернула голову, издала жалобный сдавленный звук и прислонилась лбом к его груди, тяжело дыша. Ее пальцы вцепились в его плечи, тело напряглось. Прошло несколько минут, прежде чем она обмякла. Он обнял ее и стал гладить по спине, хотя все мышцы дрожали, вопя о неукротимой потребности брать, владеть, делать своей. Врезаться в беззащитную, покорную плоть.

И все же он вынуждал себя ждать. Прислониться щекой к ее волосам и просто держать ее, пока не утихнет боль.

Она прерывисто вздохнула и попыталась пошевелиться, но он удержал ее:

- Нет. Не стоит.

Ее тело еще не смягчилось, не оправилось от шока. Еще немного, и она придет в себя и примет его вторжение.

Она молча подчинилась. Маленькая ручка легла на его грудь. Он накрыл ее ладонью, поднес к губам и поцеловал каждый пальчик, втягивая его в рот, перед тем как отпустить.

Увидев, что Франческа немного отвлеклась от своих переживаний, он стал целовать ее, сначала нежно, потом все более пылко, пока она вновь не загорелась и не стала отвечать на ласки. Сжав ладонями его лицо, она коснулась его языка своим, без слов обещая полную капитуляцию, сдачу на милость завоевателя. Опираясь на колени, она покачивалась на нем. Не поднималась, чтобы опуститься вниз, как это делают неопытные женщины, нет. Ее тело превратилось в чувственные, завораживающие, лишающие разума, крадущие чувства колыхания, ласкавшие его от каменно твердых бедер до губ.

Она взяла его в плен. Его тело. Разум. Эмоции. Чувства. Все это принадлежало ей. Она стала главной. Ее воля стала законом.

Он не помнил, сколько времени вот так просто держал ее, обхватив за талию, и принимал все, что она на него обрушивала. Упивался, как никогда в жизни.

Движение начиналось с ее бедер. Она нажимала вниз, забирая его всего. Внутренняя сторона бедер и ее мягкость ласкали его чресла. Волна разливалась оттуда и проходила вверх, по ее спине, медленным, неторопливым потоком, прижимая ее живот, талию и роскошные груди к его телу. И наконец, ее рот прильнул к нему, открытый и зовущий, манящий в неведомые глубины.

Потом волна спадала, медленно откатываясь назад, с еще более обольстительной лаской, когда все ее тело словно обволакивало его. И все начиналось сначала.

Мысли его путались. Тихо застонав, он намотал ее волосы на кулак и оттянул голову, чтобы взглянуть в ее лицо. Из-под тяжелых век сияли глаза, зеленее и ярче любого изумруда.

- Откуда ты знала?

Его вопрос. Тот, на который он не находил ответа.