Робин Мадерик - Искушение

Внезапно Флетчер почувствовал запах гари, отличный от запаха пороха. Он обернулся и увидел черное облако дыма, поднимающееся со стороны Чарльстона. То на одной, то на другой улице городка вспыхивало пламя. В течение нескольких минут дым распространился вокруг. Только вершина холма виднелась среди дыма, и небо над головами солдат было по-прежнему светлым и беспредельным.

- Вперед! - раздалась команда.

- Огонь!

Земля была липкой от крови. Отряд подошел я тому месту, где уже сложили головы многие солдаты и офицеры. Тела убитых в ярко-красных костюмах пестрели по всему склону холма.

- Вперед, огонь!

Почему они не отвечают? Неужели их командиры в состоянии удержать от выстрелов солдат, когда каждую минуту рядом с ними падают их товарищи, убитые или раненые. Или это было вызвано отсутствием боеприпасов? Флетчер подозревал, что теперь восставшие будут делать только отдельные выстрелы по особо важным мишеням.

- Вперед, огонь!

И тут впервые из форта раздались ответные выстрелы, сопровождающиеся выбросами желтых клубов дыма. Эта стрельба была опаснее той, что встретила первую волну наступавших британцев. Американцы вели прицельный огонь. Флетчер сжал зубы, видя, как его солдаты один за другим падают на землю как подкошенные. До стен форта оставалось не более 60 футов, но это был самый опасный участок пути, покрытый телами убитых и залитый кровью.

Обнажив саблю, Флетчер приказал солдатам сбросить снаряжение на землю.

- Приготовиться к штыковой атаке! Мушкеты были выставлены вперед. Примкнутые штыки сверкнули на солнце. И солдаты упали на землю.

- Встать! Господи, помоги нам! - молился Флетчер. - Заряжай!

Они продвигались к стене все ближе и ближе, карабкаясь по склону. Флетчер чувствовал, как скользят его подошвы. Он кричал, призывал солдат не останавливаться и двигаться вперед. Он больше не пытался стереть пот, который заливал глаза, мешая смотреть вперед. Ружейные выстрелы эхом отдавались в его ушах. Но было в этом аду одно мгновение, когда он вспомнил о Вере.

- Айронс!

Флетчер повернулся и увидел Брайана Аптона с саблей на боку. Он был спокоен и беззаботен, как будто ему предстоял не штурм укрепления, а завтрак с друзьями.

- Какого черта, Брайан? Что ты здесь делаешь? - спросил Флетчер, забыв, что оба они были заняты одним и тем же делом и подвергались одинаковой опасности.

- Старик, мы сделаем это! Мы победим! - закричал Брайан, взмахнув саблей.

Флетчер улыбнулся. Его глаза светились злобным огнем.

- Мы сделаем это, Брайан! Мы победим!

***

За стенами укрепления готовились к последней битве. Ящики со снарядами были открыты, порох распределен. У большинства обороняющихся осталось боеприпасов на два или три выстрела. У некоторых - на один. Джек перезарядил мушкет.

"Последний раз, - подумал он, - надо выбирать точно".

Он приготовился стрелять, вытянувшись рядом с телом своего погибшего товарища и всматриваясь в атакующих.

"Надо стрелять в офицера, - подумал он, - а их осталось чертовски мало. В любом случае еще не время отступать".

Ряды наступавших были рассеяны, но они продолжали продвигаться вперед. Британцы не собирались отступать. Они будут биться до последнего человека. У восставших уже не оставалось пороха, и они не у могли остановить ослабевшего врага.

Джек немного приподнялся над заграждением, выбирая цель, и в этот момент пуля из британского мушкета ударила в камень, рядом с которым он лежал, и рикошетом отскочила ему в лоб. Джек откинулся назад, пытаясь рукавом стереть кровь с лица.

- Чертов ублюдок, - прошептал он по-французски и снова приподнялся.

Он выбрал черноволосого лейтенанта, но пуля отскочила от земли у самых его ног. Он промахнулся. Джек нагнулся над убитым товарищем в надежде найти у него остатки пороха, но больше ничего не осталось.

Джек поднял голову. Перед ним стоял доктор Уоррен.

- Генерал Уоррен, я только хотел... Теперь в пылу битвы все обращались к доктору только так.

- Боеприпасов больше нет, Джек. У нас осталось всего несколько минут, если британцы будут еще выжидать. Нет, послушай! Уже отдали приказ о штыковой атаке. Постарайся использовать ружье как можно лучше. Ты еще сможешь спасти свою жизнь!

Джек медленно поднялся с земли. Он протянул руку доктору, и тот с чувством пожал ее.

- Что будет, то будет, - сказал Джек. Уоррен кивнул.

- Ты храбрый солдат, Джек.

- Да, сэр.

- И если сегодня твой последний день, Джек, и ты предстанешь перед Господом нашим, сотворившим тебя и возложившим на твои плечи столь непосильную ношу, он дарует тебе прощение. Я молю его, чтобы он даровал прощение и мне.