Робин Мадерик - Искушение

Джек стоял рядом с ней, обнимая за плечи и пытаясь успокоить.

- Ну хватит, - сказал он и слегка встряхнул девушку за плечи, - довольно реветь. Мало ли, услышит кто? И что случилось, в самом деле? Мы же не навсегда расстаемся!

- Но ты же уезжаешь, - продолжала восклицать Элизабет, - сегодня вечером уезжаешь...

- Это мой долг, - храбро заявил молодой человек. - Если начнутся военные действия, британцы вскоре призовут всех мужчин, которые могут носить оружие. А я не хочу оказаться в клетке. Я хочу сражаться с ними.

- Джек, я так боюсь! Я совсем не хочу, чтобы ты воевал. Ведь тебя могут ранить, или... - Элизабет не могла докончить фразы и снова горько зарыдала.

Глядя поверх головки Элизабет, молодой человек сделал знак Вере, сидевшей поодаль. Молодого человека звали Жак Сабо, но Вере он был представлен как Джек Шу. Элизабет предпочитала английское звучание его имени.

Когда Джек вошел в кухню, Элизабет уже знала о его отъезде, глаза ее были заплаканы. Появление молодого человека вызвало новый приступ рыданий.

- Прошу тебя, не осложняй и без того трудное положение Джека, - сказала Вера, подходя к Элизабет. - Он должен выполнить свой долг, вместе со всеми вступить в милицию и сражаться с британцами. А тебе нужно немедленно утереть слезы и собрать ему провизию в дорогу. Возьми побольше хлеба, сыра. Посмотри, не осталось ли у нас солонины. Наполни ему флягу свежей водой. Ведь путь в Лексингтон не близок. А ты, Джек, - продолжала Вера, обращаясь теперь уже к молодому человеку, - садись-ка за стол и попробуй жаркого. Элизабет его отлично приготовила. Спешить тебе некуда: пока не стемнеет выходить нельзя.

Вера осторожно отвела Элизабет в сторону, утирая ей слезы и нашептывая:

- Будь умницей, будь умницей. Джеку не нужны твои слезы, моя милая, ему нужна твоя храбрость.

Вера отправила девушку наверх в спальню за сапожным ножом Уильяма. Он всегда брал его с собой в дорогу как талисман. Лишь один раз Уильям оставил его дома: это было то самое путешествие, из которого он не вернулся.

Вера положила полную миску ароматного жаркого, отрезала ломоть свежего хлеба и с удовольствием смотрела на сидящего напротив нее светловолосого парня. Он тихо произнес молитву и принялся за еду.

Миссис Эшли подошла к окну и посмотрела на серое с розовыми отблесками заходящего солнца небо. Становилось темно, но Вера решила не зажигать свечей.

- Джек, расскажи мне, пожалуйста, что происходит? Я давно уже нигде не была. Знаю только, что напряжение постоянно растет, а британские сержанты проводят в городе мобилизацию мужчин, которых генерал Гэйдж освободил от службы.

- Это объясняют необходимостью переподготовки, - сказал Джек.

При этих словах Вера презрительно улыбнулась.

Джек смотрел на миссис Эшли со всевозрастающим восхищением. Она прекрасно разбиралась в ситуации и хотела узнать еще больше.

- Гренадеры - это самая сильная боевая единица у британцев, а легковооруженная пехота очень подвижна и ее, конечно, направят вперед. У них все продумано и во всем соблюдается порядок и дисциплина. Но в данном случае это только помешает, - уверенно сказал Джек.

Вера сняла чайник с плиты, обернув его ручку полотенцем. "Легковооруженная пехота! Да ведь Флетчер служил в этих частях". У Веры перехватило дыхание.

- Они собираются выступать этой ночью, миссис Эшли. Уже экипированные и вооруженные. Уж не знаю, сколько их будет, но выступят они наверняка сегодня. А мы их встретим в Лексингтоне или в другом месте. Все будет зависеть от их маршрута. Но именно мы их встретим, а не наоборот. А я уж постараюсь добраться до своих как можно скорее.

Легкий шум и покашливание возвестили о возвращении Элизабет.

- Это ты, Бетси? - спросил Джек. - Уже вернулась?

Элизабет стояла с широко раскрытыми глазами, со страхом сжимая в руках остро наточенный нож с инкрустированной серебром ручкой.

- Этот? - спросила девушка с испугом, почти шепотом. - Другого там не было.

- Да, этот самый. Дай его Джеку, - ответила Вера.

Ей трудно было произнести даже эти несколько слов. Джек взял нож из рук Элизабет и принялся рассматривать его в лучах заходящего солнца, стоя у окна. Лезвие было удивительно длинным и острым, как бритва. Оно блестело и переливалось.

Вера не могла вспомнить, почему она решила отдать его молодому человеку. Наверное, чтобы защитить его. Но сейчас она могла думать только об одном.

- Какой замечательный подарок, миссис Эшли, - с улыбкой сказал Джек. - Я не уверен, что имею право его принять.