Робин Мадерик - Искушение

Вера была уверена, что ее убедительная речь развеяла сомнения Флетчера, и уже направилась к выходу, когда он схватил ее за руку и потянул назад.

- Нет, - твердо сказал лейтенант. Вера подняла свободную руку, собираясь ударить Флетчера по щеке, но он оказался проворнее. Теперь лейтенант держал обе ее руки.

- Лейтенант, как Вы смеете?! Отпустите руки! Мне больно!

- Стойте спокойно, и я не причиню Вам вреда.

- Да Вы просто...

- Нет, совсем нет.

Они смотрели друг на друга, и необъяснимая таинственная связь между ними крепла с каждым мгновением.

"Ведь он мой враг", - вздохнув, подумала Вера. Но прохладные открытые губы Флетчера уже прижались к ее рту. Он все еще держал ее руки в своих, потом отпустил их, чтобы обнять ее. Флетчер прижимал Веру к себе, его губы скользили по ее коже, от розовых щек к тонкой нежной шейке. Он целовал впадинку под горлом, пульсирующую жилку.

Флетчер не встретил сопротивления. Как только руки миссис Эшли получили свободу, они нежно обвились вокруг его шеи, пальцы ворошили волосы на затылке и поглаживали мускулистую спину. Вера прижалась к нему всем телом, а ее пышные шуршащие юбки обвились вокруг их ног.

- Любовь моя, милая, - нашептывал Флетчер, пряча лицо в золотистой россыпи ее волос. Мир перестал существовать для них.

Но Вера вздрогнула и оттолкнула Флетчера.

- Нет! Нам надо остановиться. Позвольте мне сесть, сударь!

Обнимая Веру за плечи, Флетчер осторожно посадил ее на стул, а сам опустился перед ней на колени. Он не отнимал руки от ее струящихся по плечам волос, играя мягкими завитками и нежно поглаживая затылок. Вера чуть отвернула голову в сторону, пытаясь освободиться от его руки.

- Лейтенант, - сказала она со вздохом, - я ведь даже не знаю, как Вас зовут.

- Меня зовут Флетчер Джонотан, - сказал он с улыбкой.

- Флетчер, - медленно и восторженно повторила Вера дорогое теперь ей имя. - Флетчер.

И звенящий звук на мгновение застыл в воздухе. Неожиданно радость исчезла с лица молодой женщины, и она разразилась рыданиями. Слезы потоком хлынули из прекрасных зеленых глаз.

- Флетчер, - повторила Вера, всхлипнув в последний раз, - что же мне теперь делать, дорогой мой!

- Ничего не надо делать, - ответил он просто.

- Ничего... - повторила Вера, стараясь отвести взгляд от лица Флетчера.

Но даже отвернувшись, она ощущала на себе его притягивающий открытый и честный взгляд. Она смотрела вниз, скромно сложив руки на коленях.

- Вы не поняли меня, Флетчер. Мое поведение глупо и постыдно. Как я могла позволить Вам целовать меня так страстно?

- Но Ваш ответный поцелуй был вполне достоин моего, миссис Эшли, торжественно сообщил лейтенант.

- Нет, подождите, Флетчер, мне надо подумать.

- О чем же, моя очаровательная крошка? О том, что вы целуетесь с человеком, которого считаете своим врагом? Или о том, как Вы могли полюбить меня "после столь непродолжительного знакомства"?

Флетчер веселился от души.

- Полюбить Вас? Но что дает Вам право так думать? Как Вы посмели это сказать!

Флетчер протянул навстречу Вере руки и нежно сжал ее запястья. Пульс девушки бился учащенно и сильно. Флетчеру казалось, что он держит маленькую птичку, готовую улететь.

- Я люблю Вас, Вера! - сказал он. - Вот почему я уверен в Ваших чувствах. Когда я держу Вас в объятиях, у меня не остается никаких сомнений.

Вера отняла свои руки.

- Это невозможно, Флетчер. Полюбить так сильно и так внезапно.

С этими словами Вера поднялась и подошла к окну. Она встала чуть сбоку, чтобы люди, проходившие по освещенной солнцем улице, не могли ее видеть. Вздохнула глубоко и свободно, слегка откинув голову и закрыв глаза. "Это возможно, конечно, возможно!"

- Мне придется снова спросить Вас, Флетчер, почему Вы привели меня сюда?

- Я уже говорил Вам, - ответил он, вставая с колен.

- Поговорить со мной? О чем? О любви? - Ее нежный голос становился острым, как нож. - А может быть, просто воспользоваться своими преимуществами..

- Воспользоваться! Вера, разве правда скрыта от Вас? Я честный человек, и я люблю Вас.

Ярость Флетчера уже готова была вспыхнуть с новой силой. Он подошел к Вере и встал рядом. В потоке солнечного света, струившегося в окно, ее волосы стали совсем золотыми, а прозрачность огромных зеленых глаз напоминала о глубоких спокойных озерах. Но с лица не сходило выражение тревоги.

- Вы бы хотели, чтобы я молчал о своих чувствах, Вера, говорил только о делах, как я и собирался с самого начала. Ведь я не собирался объясняться Вам в любви, моя дорогая.