Барбара Эрскин - Победить тьму...

Когда все кончилось, они некоторое время лежали удовлетворенные, в сонном забытьи. Затем она выскользнула из-под него и, поднявшись на ноги, сбросила приставшие к телу кусочки мха и папоротника и безо всякого смущения направилась между деревьями к ручью, который, как она обнаружила, бежал рядом сквозь камни. Взяв воду в горсть, она брызнула на себя, а затем повернулась к нему.

— Вставай, А-дам.

Изможденный, он лежал на спине.

— Не сейчас. Я хочу отдохнуть.

— Вставай, А-дам.

Он вспомнил о строгом тоне, но не вовремя. Двойная пригоршня ледяной воды выплеснулась на его лицо.

Он сравнялся с ней, лишь когда они достигли камня. Смеясь, он прижал ее к камню, удерживая ее плечи руками и не позволяя ей вырваться.

— С тебя фант — поцелуй.

— Нет, А-дам. Не здесь. — Она вдруг испугалась.

Настала очередь ему проявить строгость.

— Поцелуй, Брид, или я не отпущу тебя.

— Нет, А-дам. — Она вновь постаралась вырваться. — Не здесь. Нас увидят. — Она злилась. Ее глаза сощурились, и он поразился мгновенной перемене выражения ее лица.

— Увидят? — Он не отпускал ее. — Гартнайт?

— Бог. — Она вызывающе смотрела на него.

— О, Брид. — Раздраженный, он отпустил ее и отступил назад. — По-твоему, везде боги. Я тебе говорил, что это не так. Есть лишь один истинный Бог.

— Знаю. — Отойдя от камня, она вне себя от ярости смахивала с себя пыль. — Это ты так считаешь. — Бог Иисус. Бог Иисус могуществен. Его слуга Колумсил уже несколько раз перехитрил Бройчана, вызвав его гнев. Но затем Бройчан восстановил свои силы… Она поспешила выбросить дядю из головы. У него не может быть возможности прочитать ее мысли и обнаружить здесь Адама. Бройчан привез ее на юг навестить мать, а сам отправился в Абернайт. Пройдет несколько долгих блаженных дней, прежде чем он вернется, дней, которые она намеревалась провести с Адамом.

— Иисусу все равно, целуемся мы или нет. Кресты — признаки идолопоклонства. — Адам засунул руки в карманы. Его неожиданно бросило в жар. Он вспомнил кирху и возвышающееся над ним с кафедры серое, изможденное лицо отца, который сверлил его своими горящими глазами. Он вздрогнул, когда Брид взяла его за руку.

В лачуге никого не было. Брид не обеспокоило отсутствие Джеммы. Напротив, это давало им возможность провести вдвоем больше времени. Расположившись у огня, Адам ждал, пока она ходила за вересковым пивом для него, затем притянул ее к себе.

— Теперь расскажи мне о своей учебе.

Она отрицательно покачала головой.

— Это запрещено.

— Почему? — Он вытаращил на нее глаза.

— Потому что это — секрет. Мне не разрешено рассказывать.

— Какая глупость. — Он подался вперед и, взяв в руки палку, помешал костер. Между кусками торфа вверх взвился длинный язык пламени. На камне рядом стоял один из железных котелков Джеммы для приготовления пищи. Из-под крышки пробивался знакомый сочный запах оленины. — Где мать? — Он резко переменил тему разговора.

Брид пожала плечами.

— Придет. — Она посмотрела за его спину и нахмурилась. — Они с Гартнайтом на подходе.

Следуя за ее взглядом, Адам смотрел на старые сосны. Лишенные коры стволы деревьев поглощали вечерний свет, источая тепло, но лежавшие позади них тени были холодными и темными. В глубине леса он ничего не видел.

Брид встала. Она озабоченно смотрела вокруг, то расправляя руками складки платья, то убирая от него руки.

— Что-то случилось.

Адам смотрел на нее, и ему передалась частица ее беспокойства.

— Может спрячемся?

Она покачала головой, сконцентрировав внимание, и он умолк.

— Мой дядя, — вдруг прошептала она. — Он здесь, в моей голове. Вижу кровь! Кто-то ранен. Гартнайт! — Она побледнела как полотно.

Он не спрашивал ее, как она узнала об этом. Охваченный волнением, он заерзал позади нее.

— Что делать? — спросил он, тяжело дыша.

— Ждать. — Она подняла руку, жестом призвав его вернуться, затем повернулась к нему. — Сюда! — крикнула она. Она уже бежала к деревьям.

Они увидели Гартнайта, лежавшего под старой сосной, его голова покоилась на коленях матери, лицо было мертвенно-бледным, а глаза закрыты. Его жакет на уровне плеча был окровавлен.

Джемма взглянула на них.

— Брид? — В одном слове содержалась отчаянная мольба.

Брид уже опустилась на колени около брата, водя руками над его телом, едва касаясь его, словно нащупывая раны.

— Как он? — Адам встал на колени рядом с ней. Он неуверенно улыбался, глядя на Джемму, и робко вытянул руку, чтобы похлопать ее по плечу.