Кэндис Кэмп - Свадебный танец

— Вы не должны преувеличивать, — ответила Франческа, пытаясь говорить беззаботно.

Рошфор протянул руку и легонько погладил ее по волосам.

— Это всего лишь правда.

Охрипший голос герцога отдавался эхом в голове Франчески.

— Я… не думаю, что, описывая внешность женщины, стоит говорить правду.

— А если у нее нежная кожа? — Герцог провел пальцами по щеке Франчески. — И красивые губы? — Большой палец проследил линию верхней губы. — Которые только и ждут, чтобы их поцеловали.

— У вас неплохо получается, — выдохнула Франческа, дрожа ресницами закрытых глаз. По ее телу ползли завитки жара, пробуждая каждый нерв.

— Что мне делать дальше? — Рошфор так низко склонил голову, что Франческа чувствовала щекой жар его дыхания, а легкое прикосновение губ заставило ее затрепетать.

— Поцелуй в руку всегда уместен.

Герцог поднес руку Франчески к губам и нежно поцеловал. Затем он перевернул ее и поцеловал в ладонь. Губы Рошфора были теплыми и мягкими, и от их прикосновения по телу Франчески струился жар, который собирался в низу живота.

Рошфор целовал каждый ее пальчик. Он снова поднял на Франческу затуманенные глаза:

— Так хорошо?

Под напором новых ощущений Франческа лишь смотрела на Рошфора широко открытыми, блестящими глазами.

Герцог придвинулся еще ближе и снова провел пальцами по щеке Франчески.

— А вот так? — прошептал он и, склонившись, коснулся ее щеки губами.

Рошфор проследил губами линию до нежной шеи, провел рукой по плечу Франчески, и ей вдруг захотелось, чтобы оно не было скрыто тканью халата.

Проводя носом по ее шее, Рошфор спускался все ниже и ниже, пока не достиг воротника халата. Франческа дрожала. Ноги внезапно ослабли, и она боялась в любую секунду осесть на пол. Когда губы герцога коснулись ямки у основания шеи, Франческа едва сдержала стон. Рошфор провел языком по ключице, и у Франчески вырвался удивленный вздох удовольствия.

— Говорят, — прошептал герцог ей на ухо, — что некоторым женщинам такое нравится.

Он поцеловал ухо, слегка прикусил мочку и всосал ее.

Франческа сглотнула и невольно положила руки Рошфору на грудь, схватилась за лацканы пиджака, дрожа всем телом:

— Сенклер…

Его язык ласкал ухо, и по телу Франчески разливалось удовольствие. Ее соски болезненно напряглись, а меж ног запульсировало. Франческа никогда не испытывала такой жажды, чувства голода, волной разливавшегося в чреслах.

Потом Рошфор положил руки Франческе на талию и стал развязывать ее пояс. Одной ладонью он скользнул под халат.

Франческа почувствовала, как рука легла на ее живот, и теперь их разделяла лишь тонкая ткань сорочки. Рошфор провел рукой вверх и положил ее Франческе на грудь.

— И женщина может захотеть большего… вроде этого. — Его голос был хриплым и тихим.

Пальцы Рошфора ласкали грудь Франчески, ее сосок твердел, напрягался все больше. Франческа сдавленно простонала.

— Но, несомненно, некоторые сочтут такие ласки слишком бесстыдными. — Пальцы герцога скользнули под ткань сорочки и провели по обнаженной коже.

Колени Франчески дрожали, и, не держись она за пиджак Рошфора, точно упала бы на пол.

— Возможно, будет лучше… — Сенклер мягко развернул Франческу спиной к себе и одной рукой приподнял ее тяжелые волосы, убирая их от шеи. Склонившись, он принялся легонько целовать выступающие позвонки своими горячими губами, дразня нежную кожу.

Франческа задрожала и обессиленно прижалась к груди Рошфора. Герцог приобнял ее одной рукой и провел ладонью по животу. Он целовал Франческу в шею и водил рукой по ее телу, лаская грудь, спускаясь все ниже к источнику томления.

Франческа медленно вдохнула в предвкушении прикосновения, представляя, как пальцы Сенклера скользнут меж ног. Но каждый раз ладонь герцога вновь двигалась обратно вверх. В его руках Франческа чувствовала себя безвольной тряпичной куклой.

— Но в итоге, — прошептал Рошфор и поцеловал Франческу сначала в одну щеку, потом в другую, — ей все равно понравится.

Их губы соприкоснулись раз, два и, наконец, слились в поцелуе. Франческа растаяла. Она обвила руками шею Рошфора и приоткрыла губы ему навстречу. Он целовал ее с возрастающей страстью, все глубже, его язык без всякого стыда завладевал ее ртом.

Рошфор целовал Франческу так же, как в тот вечер, и ее тело снова пламенело. Они прижимались друг к другу, их тела разделяла только одежда, а Франческа желала, чтобы между ними не было и этой преграды. Она хотела чувствовать Сенклера кожей. Хотела тереться об него обнаженным телом.