— Я с восточного склона горы Амреф, что в самой северной части материка. Именно с восточного склона — на западном слишком палит солнце, и там жить невозможно, северный слишком крут, а на южном обитают дикари, которые даже не знают огня.
В моем роду были одни шаманы, и я обязан сохранить преемственность. Мой отец умел управлять погодой, а дед был верховным шаманом всех племен Амры (это река, берущая свое начало на вершине горы). Среди всех наших племен есть только две династии шаманов, из которых в каждом поколении выбирается верховный шаман. В одной династии колдовское умение передается от отца к сыну, в другой — по материнской линии. Еще со стародавних времен, когда наши предки не умели даже заговаривать зубную боль, было строжайше запрещено, чтобы представитель одного рода вступал в брак с отпрыском другого, в противном случае оба рода постигнет проклятие.
Так вот, проклятие рода — это я.
Урчи понял, что гигант не опасен, но еще не до конца отошел от изменяющегося калейдоскопа событий, поэтому был в состоянии только глубокомысленно пробормотать:
— А с виду вроде бы и не сильно заметно…
Более чувствительную натуру подобное наблюдение могло бы и оскорбить, но гигант привык к простому проявлению эмоций, все понял правильно и продолжил:
— Дело в том, что по материнской линии все были колдуньями. И все: и маманя, и бабка, и прабабка, и прабабка моей прабабки, — в общем, все женщины обладали крутым нравом, горячим темпераментом и большой экстравагантностью при выборе мужчин. Поскольку все равно рождались у них только девочки, к которым и переходило магическое умение, они могли себе это позволить, вот и выбирали себе в мужья разбойников, воинов, дикарей и варваров. Я имею в виду дикарей и варваров по нашим меркам, а мы значительно более терпимы к людям, чем вы, горожане.
И все было ничего, пока моя маманя не переплюнула всех и не влюбилась, как кошка, в моего отца. Папаня тоже был хорош, в результате чего появился я. Каждый из них надеялся, что ко мне перейдет, уж как минимум, его магический дар, а в лучшем случае я буду просто чудо-ребенком с усиленным талантом к волшебству.
Результат превзошел все ожидания. По материнской линии я унаследовал буйный нрав и стать всех поколений мужчин (а женщины в мамином роду вообще не смотрели на мужчину, если он не был на голову выше и в два раза шире всех остальных. При этом я подозреваю, что плохой характер избранника тоже был одним из непременных условий). Мужчины в роду папаши тоже славились умением выбирать дам себе под стать, поэтому я получился на загляденье. Одно плохо, я совершенно не умею применять магию. Я стал позором для обеих семей, и если я не смогу поддержать честь доброго имени Зарлингов, то лучше бы мне вообще не появляться на свет, — родня не поймет и не простит, а в нашем роду лучше всего получаются именно чары проклятия.
Меня по знакомству запихнули в Школу Магов (в основном из уважения к славным именам моего рода), но если я не сумею себя проявить, то назад лучше и не возвращаться. Мое имя — Зар, и мне приятно с тобой познакомиться, несмотря на обстоятельства встречи.
— Меня зовут Урчи. Но почему ты не можешь применять магию?
— Я не могу запомнить ни одного заклинания, они проходят мимо меня, как гарцующие призраки сквозь прозрачную стену, оставляя лишь неприятный привкус во рту и головокружение.
— Ты знаешь, — неожиданно сказал Урчи, — а ведь мы могли бы с тобой образовать неплохую команду: ты не помнишь ни одного заклинания, а я ни одного не могу правильно произнести. Может, вместе что-нибудь и получится. Вот только как я тебе объясню, что именно надо говорить, если каждый раз я произношу слова по-другому? — Урчи подумал еще немного. — Но ведь можно и написать на бумаге.
Гигант помрачнел.
— Ничего не выйдет. Я не умею читать.
— Это не беда, я могу научить, это несложно.
— Ты не понял. Я пробовал учиться неоднократно, но буквы в моей голове просто не складываются в слова. Я знаю, что тому виной: в моем роду были йети (я же говорил, бабки и прабабки обладали отменным вкусом и умели выбирать себе мужей). А йети и грамота несовместимы. Я раньше упомянул, что северный склон горы необитаем. Люди там действительно не живут, а снежный человек, йети, даже на отвесных скалах чувствует себя, как дома (может быть, он и чувствует себя как дома как раз потому, что люди там жить не могут). Поэтому, хотя у меня и есть наследственность всевозможных силачей и богатырей, пользы мне от этого никакой: где вы видели мага с дубинкой? А если я не стану магом, то опозорю весь свой род… И сидел я поэтому в очередной раз над первым томом, разглядывал рисунки, понимая, что участь моя предрешена и помочь мне никто не в состоянии.
Читать дальше