Это произошло примерно месяц назад. Мир легкомысленно проигнорировал первые звоночки, приняв монстра за обычную инфекцию.
20 мая
Бездействие местных властей лишь помогли Эбола. Стремительно и жутко, минуя границы и расстояния, вирус просачивался вглубь континента. Ангола, Конго, Кения, затем Египет, Марокко – вскоре вся Африка оказалась в плену монстра. Слишком много драгоценного времени было потеряно зря. Сотни людей стремительно умирали от странной болезни, истекая кровью. Но вместо того, чтобы исследовать обезображенные трупы, их старались быстрее похоронить и часто места погребения располагались у рек, где подземные воды беспрепятственно разносили вирус на многие-многие километры вперед. Люди перемещались из деревни в деревню, из города в город, а самолеты по-прежнему летали, реки текли, а воды соединялись, перемешивались, разнося вирус по всему миру.
«Сейчас два часа ночи. Я закончила читать час назад, но все это время не могла взять себя в руки. Теперь мне известно, как Ebola virus пробрался на самолеты, корабли и поезда. И самое страшное еще впереди. Отец прав. Течение болезни иное. Теперь вирус действует более агрессивно, уничтожая человека за считанные часы. Первые симптомы наступают спустя час после заражения – обильное кровотечение, язвенная сыпь по всему телу. Следующие часы вирион полностью захватывает и уничтожает носителя. Самым крепким едва удается продержаться сутки.
Изменилось и поведение жертв. Если раньше зараженные обессиливали от кровопотери и обезвоживания, то сейчас их действия сродни диким животным. Выходит, новый штамм Эбола поражает мозг, стирая границы человеческого, и оставляя умирающим лишь самые примитивные инстинкты. Отец говорит, что вирус мутировал, но почему и главное, как это произошло, никому до сих пор не известно.
Если верить датам, лихорадке Эбола потребовался всего 1 месяц, чтобы захватить целый континент и вырваться за его пределы. А теперь главный вопрос – за какое время вирус сможет захватить всю Землю?»
22 мая
Вылет из Адлера постоянно переносился. Сначала на час, затем еще на час. Теперь вот объявили – следите за информацией. Измученные жарой и ожиданием члены экипажа расположились в служебной зоне Сочинского аэропорта. Иван Петрович, окинув в сторону галстук, сидел в кресле и нервно барабанил пальцами по подлокотнику. Одна бортпроводница после неудачных попыток сосредоточиться на статье, вяло обмахивалась газетой, устремив сонный взгляд на внутренний двор аэропорта. Трое остальных пытались дремать. Впрочем, тоже без особого успеха.
А разрешение на вылет все не давали.
С тех пор, как прошли Олимпийские игры, пассажиропоток в Сочи и без того был высокий, но самый кошмар начинался в летний сезон. Тысячи счастливых семей отправлялись в летние отпуска, не подозревая, что команда самолета на грани переутомления, а пилот большую часть полета спит, потому как уже не помогает ни десятая чашка кофе, ни таблетки. Едва приземляешься, как диспетчер сообщает о новом рейсе. Мало того, что на грани, так еще эти досадные задержки. Вследствие чего, к хронической усталости примешивается сильнейшее раздражение.
Ситуация осложнялась тем, что никто ничего не мог толком объяснить. Зимой понятно, трасса тяжелая, нужно чистить ото льда и снега. Самолеты нуждаются в более тщательной обработке. Да и метеоусловия часто подводят. Но сейчас май. Небо чистое, ни облачка. Взлетные полосы пустые. Так в чем же дело?
Спустя три часа ожидания в комнату заглянула дежурная.
– Экипаж сто двадцать третьего, пройдите на медосмотр.
– Так были уже, – взорвался Тарасов. – Сколько можно откладывать рейс? Ладно мы – люди привыкшие. Пассажиров-то зачем мучить? Они же с детьми, чемоданами… персиками, в конце концов!
Не смотря на усталость, Данила не смог сдержать улыбки. В любой критичной ситуации, капитан Тарасов прежде всего думал о пассажирах за своей спиной. При любой заминке на взлете, турбулентности и грозовых облаках, при любой шероховатости в пилотировании, все его мысли были заняты людьми на борту самолета. Все знали, только на рейсах Тарасова бортпроводник должен докладывать, о самочувствии пассажиров. А вот дежурная не знала и на резкое замечание пилота ответила противным брюзжащим голосом:
– Это не мое дело следить за пассажирами. Мое дело отвести вас в медпункт!
В медицинском кабинете пахло кварцем. За три последних часа здесь многое изменилось. Дежурного доктора сменил мужчина в защитном костюме. Сам осмотр также длился дольше обычного и включал анализ крови, чего раньше никогда не случалось. На все вопросы экипажа незнакомец сухо отвечал «распоряжение руководства».
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу