Array Array - Похититель вечности

— Вообще–то он у меня есть, — сказала она. — Найдется ручка и бумага?

— Да. Думаю, лучше тебе дать мне его, пока никто другой не прослышал об этой информации.

Я записал номер и положил бумажку возле аппарата, чтобы сразу же позвонить.

— Ты придешь завтра и мы подпишем контракт? — спросил я.

— Да, только давай не слишком рано. Я планировала в кои–то веки отоспаться.

— Хорошо, тогда где–нибудь в середине дня. А теперь, могу я тебе довериться?

— Конечно. Разве я не сообщила тебе свежие сплетни про П.У.?

— Вот почему я и прошу твоего совета. Речь идет о том, кто займет место Джеймса, когда я уйду. Вот какая у меня идея, но выслушай, прежде чем что–то сказать. Это очень важно для меня…

Первая встреча. Томми приехал в мой офис ровно в 11 утра — я был рад этому, поскольку день обещал быть насыщенным, а мне хотелось разобраться со всеми проблемами до Рождества. Сперва я даже не узнал его. Мы не виделись около двух недель — с того дня, когда я приходил к нему; мы лишь пару раз поговорили по телефону. Он провел недельные каникулы — если это подходящее слово — в санатории и записался на реабилитационную программу; я им гордился.

— Томми, — сказал я, посмотрев на него, когда он вошел в кабинет, настолько очаровав по дороге мою секретаршу, что та забыла даже сообщить мне о его приходе. — Что ты с собой сделал?

Волосы у него были коротко подстрижены и торчали клочками на французский манер, контактные линзы он сменил на элегантные круглые очки в тонкой и бледной роговой оправе. Он был одет в легкий светлый костюм и выглядел здоровее, чем когда бы то ни было прежде.

— Я решил немного замаскироваться на улице, — сказал он. — Все равно меня скоро забудут.

— Да, разница существенная, — сказал я; его новый образ взрослого человека произвел на меня впечатление. — Ты выглядишь гораздо лучше. Это для роли?

— Нет, для себя, — улыбнулся он. — Как будто я могу получить роль прямо сейчас. Ты представляешь, какие взносы за мою страховку придется платить?

— Вот так сразу — вряд ли, — сказал я, указав на кресло напротив. — Но поверю тебе на слово. Присаживайся. Я попрошу принести кофе.

— Мне — чай, — ответил он, когда я нажал кнопку интеркома и попросил принести напитки. — Ну, — продолжил он, мимоходом оглядываясь по сторонам, — местечко выглядит не слишком празднично. Ты кто — Скрудж или что–то в этом роде?

— Я — Дух Прошлого Рождества [114] Персонажи «Рождественской песни» (1873) Чарлза Диккенса (1812—1870). , — сказал я. — Но у меня не хватило времени на рождественские декорации. Не вижу в этом смысла. Годы проходят так быстро, все они сливаются в один.

— И их так много, верно? — спросил он меня с усмешкой. Я понимал, что он все еще скептически относится к тому, что я ему рассказал, но знал, что он все же отчасти поверил мне: теперь он немного нервничал и старался соблюдать дистанцию, что было на него совсем не похоже.

— Немало, — признал я. — Как там Андреа? — Меняя тему, я понимал, что, однажды поведав ему всю историю, больше не хочу повторяться. За 256 лет он стал единственным человеком, которому я все рассказал, и я осознавал, что пройдет еще немало времени, прежде чем я заговорю об этом снова. Он может верить или нет — это его право.

— Она огромная, — засмеялся он. — Должна родить со дня на день. Она ужасно боится, что это случится завтра.

— Да, она мне об этом говорила, — сказал я. — Ну, время покажет.

— Знаешь, мы думаем пожениться, — сказал он. Я с некоторым удивлением посмотрел на него:

— В самом деле?

— Пока просто прикидываем. Она здорово поддержала меня в последние месяцы. Мы сказали себе, что если надумаем жениться, подождем год, а потом уже все решим и оформим отношения. На всякий случай. Мы не хотим это делать просто ради ребенка.

— Звучит разумно, — сказал я. Я взял со стола пресс–папье и принялся разглядывать его, не решаясь перейти к делу. Одна из немногих вещей, что путешествовали со мной повсюду: я украл его в Дувре в 1759 году и с тех пор оно всегда со мной. — Томми, — сказал я, внезапно меняя тему. — Я хотел с тобой поговорить.

— Я догадался, — сказал он. — Ты был очень настойчив.

— Ну, это в общем–то не так срочно, — сказал я. — Но я хочу кое–что выяснить. Прежде всего — каковы твои планы на будущее? Или ты все еще в раздумьях?

Он громко вздохнул и посмотрел по сторонам, точно я спросил его о смысле жизни.

— Не знаю, — ответил он после долгой паузы. — Честно, не знаю.

— Шоу не собирается принимать тебя обратно? Теперь, когда ты привел себя в порядок?