Алан Фостер - Програмерзость

Если ему приходилось дожидаться возможности поговорить с Кой Джой, то он мог ничуть не менее эффективно делать это, одновременно проверяя тех, кто к ней наведывался. Развернувшись, он направился обратно по улице в сторону «Коктэйля». На сей раз он остался поблизости от группы заехавших гульнуть чистяков. А также обратил особое внимание на свое окружение и каждые несколько шагов присматривался к нему с целью убедиться в его реальности. Он совершенно не собирался снова забредать в еще одну обманную миражовку.

Найти «Коктэйль» не составило труда. Расположенный на главной улице, именно там где указывал Машупо Мингас, он втиснулся между «Перистым куполом» и «Калифорнийскими ночами». В отличие от некоторых работающих внутри сотрудниц, все три заведения щеголяли образцово сдержанными фасадами. Внешнее освещение было приглушенным, а вывески скорее статичными, чем одушевленными, и никакие сладострастные рекламы не выпархивали из Медисонных эжекторов подлизываться к случайным прохожим. Хотя Карденас давно уж не работал в зоне наслаждений, он знал, что не все секстели одинаковы. Если основываться на том, что ему помнилось, три соседних заведения занимали нишу, рассчитанную на привлечение клиентов из верхнего слоя среднего класса или, возможно, нижнего слоя высшего класса.

По другую сторону улицы большую часть нескольких городских микрорайонов оккупировала «Рара Авес». Совместное севамериканское предприятие «Асакуса-Чубаско» похвалялось своими товарами столь же нагло, как и его работницы. Более дешевое, менее скромное и откровенно лас-вегасское по своей манере привлекать публику, оно щеголяло постоянным потоком посетителей, жаждущих принять то, что им предлагалось, и твердое и влажное. Вдобавок к удовлетворению сиюминутной похоти, наведавшийся в «Рара Авес» мог также провести ночь в одиночестве, сыграть в азартные игры и потребить предоставляемые заведением блюда и несексуальные развлечения. Универсальная международная сеть дешевых развлекательных центров для работников макиладор, она пользовалась прочной популярностью, и особенно часто посещалась «синими воротничками». Лицензированные «Рара Авесы» функционировали по всей Полосе, и каждое заведение почти ничем не отличалось от другого. На полках в Агуа-При лежал точно такой же товар, какой предлагался в Эльпасо-Хуаресе, или в Санхуане, или в Браунсвиле [45].

Хотя секс-торговля была на Полосе законной более полутора веков, там еще оставались граждане, которые по самым разнообразным причинам предпочитали анонимность, не говоря уж о более личном стиле обслуживания. Все это клиент находил в таких конфиденциальных заведениях, как «Коктэйль» и его соседи, так же, как в тех эксклюзивных учреждениях, которые обслуживали очень богатых. А рекламируемое снаружи зачастую вытеснялось тем, что перспективному клиенту предлагалось внутри.

В меблированной антиквариатом конца двадцатого века внешней приемной находилось, наверное, около десятка мужчин и женщин. Некоторые ожидали, так сказать, проникновения во внутренние структуры данного учреждения, в то время как другие расслаблялись и приступали к отдыху, следующему за завершением деятельности. Для определения, где которые, не требовалось быть интуитом. Зайдя фланирующей походкой в заведение, Карденас привлек к себе лишь случайный взгляд-другой со стороны будущих и бывших клиентов. Его же особенно заинтересовала сидевшая на кушетке пара среднего возраста, весьма увлеченная вит-программой столетней давности. Цвет у программы отсутствовал напрочь, и проигрывалась она по виту размером с небольшое авто.

Ненавязчивое освещение имело нежно-розовый оттенок, словно какой-то сдвинувшийся физик нашел способ подрумянивать фотоны. Картины на стенах изображали пейзажи Европы и Южной Америки. Изображение какого-нибудь французского замка казалось заимствованным из стандартного туристического буклета, пока не заметишь происходящую во дворе замка оргию. Пейзаж с изображением южно-чилийского леса навевал воспоминания о визите в Скалистые горы, пока не присмотришься поближе и не увидишь, что творится среди деревьев. Не говоря уж о творящемся с самими деревьями. Карденас с интересом разглядывал картины. Сделаны они были очень остроумно и, в пределах своей темы, с удивительным вкусом. Пристально глядя на них, он ни чуточки не смущался. Это было не то место, где следовало смущаться.

Слева от него манила к себе богатая товаром лавка, предлагающая подношения, недоступные даже через частный ящик. Стол, к которому он подошел, ничем не отличался от того, какой можно встретить в каком-нибудь хорошо оборудованном отеле со средними ценами — если сбросить со счета искусно извивающиеся фигуры, которые составляли мастерски сработанную скульптуру, цепляющуюся за заднюю стену. Свидетельствуя об оживленности бизнеса «Коктэйля», клиентами занимались трое клерков: две женщины и один мужчина, одетые в форменную фототропическую одежду, делавшуюся прозрачной в разных стратегических местах при каждом движении.