Пешка

И кажется мне, что Каиль это понимает. Но он ничего не может поделать, а потому очень грустный сейчас. Вновь скрипит дверь, это Алиса вернулась в комнату. Она устало опускается на стул и принимается жаловаться нам на загруженность. Говорит, что нам не стоит доживать до последнего курса обучения, ибо на нём нас ждёт смерть! А как тут выжить, дивится девушка, когда за один триместр сразу столько экзаменов и зачётов придётся сдать! На первых трёх курсах, по словам Алисы, самое счастье учиться. И я бы с ней согласилась, если бы среди общих предметов у меня не значилось арифметики и каллиграфии. Я лечить буду, а не расписывать красивые формулы!

- Ты упустила четвёртый курс, - вставляет Каиль.

- Это потому, что с него начинается жопа, - засыпая, отвечает Алиса.

- Так-то! - Каиль смотрит на меня. - Помирай на третьем курсе. Не сейчас. На первом живи. Обещай мне, Дафна. Не делай глупостей.

- Обещаю.

Страж мне не верит.

И, тем не менее, в субботу утром отправляюсь в приют. Недоверчивый Каиль отобрал мою сумку и сообщил, что проследит, чтобы я никуда по пути не свернула. Так и сидим на телеге, вдвоём. Нет, есть и ещё кроме нас студенты, но те едут погулять в Заснежье. Каиль же остаётся со мной на протяжении всей дороги до приюта. И с радостью соглашается остаться на чай и булочки с корицей, предлагаемые матерью-настоятельницей.

- Как же я рада, что Дафна приехала к нам на свой день рождения!

Каиль давится булкой.

- Я не знал, - он подпирает щеку кулаком. - А когда он?

- Как же? Послезавтра, - отвечает Катерина. - Первого числа десятого месяца, как и каждый год.

- Почему ты мне не сказала? - теперь вопрос обращён ко мне.

- Я его не отмечаю.

- Почему?

- В этот день мама умерла.

За столом повисает тишина.

- Так она уже почти пятнадцать лет как умерла, - Каиль вновь давится, теперь под моим взглядом. - Прости, - добавляет он. - Мне пора возвращаться. Не хочу ехать в темноте.

Предлагаю проводить Каиля до Заснежья, но он уверяет, что это лишнее.

- Это же я тебя провожал до приюта? Вот здесь и оставайся. Через месяц вернусь, проверю и заберу обратно.

- Договорились, - я оглядываюсь: вроде, никто нашего разговора не слышит. - До встречи через месяц?

Мы стоим на территории приюта и глядим друг на друга. Никто не знает, что следует говорить, расставаясь на целый месяц. В конце концов, Каиль желает мне приятного отдыха и смеётся по поводу скорого своего заточения.

- Не смотри так, всего неделя, - улыбается. - Пока?

Каиль наклоняется ко мне и целует, прижимает к себе. Ему уже пора бы меня отпустить, но юноша продолжает держать меня в своих объятиях.

- Каиль, ты же не хотел возвращаться в темноте?

- Ага.

Он продолжает прижимать меня.

Когда Каиль уходит, возвращаюсь к Катерине. Как же хорошо, что ни он, ни она не спросили о том, как долго я собираюсь здесь гостить.

- Ну, чем думаешь заниматься? - интересуется матушка.

- Сегодня ничем, я очень устала.

- Признаюсь, что я так ничего и не слышала о Яне.

- Зато я слышала, - стараюсь придать своему голосу весёлость. - Она живёт на материке, и с ней всё хорошо, матушка.

- Так ты к ней после дня рождения поедешь?

- Да, матушка, к ней, - я даже улыбаюсь, надеюсь, не слишком натянуто. - Я очень жду этой встречи.

- Вот бы и она приехала к нам, навестить.

- Я с ней поговорю.

- Будет здорово, - матушка окидывает взглядом маленькую комнатку. - Ну, отдыхай.

Она уходит и оставляет меня одну. Я тоже осматриваю доставшуюся мне комнату. Старая деревянная кровать. Письменный стол и стул возле него. Моя сумка валяется на полу, под широким окном, занавешенным пожелтевшей полупрозрачной тканью. Мне предстоит спать в отдельной комнате. Раньше, будучи воспитанницей приюта, я всегда ночевала в общей спальне, на втором ярусе, а на первом спала Яна. И мы долго-долго разговаривали прежде чем заснуть. И ей никогда не нравилось, что я отказывалась отмечать свой день рождения.

- Ну и дура! - сообщила Яна и завернулась в одеяло.

Я свесилась со своего яруса, чтобы обиженно уставиться на подругу. Но из-под одеяла торчали только отдельные пряди её волос.

- Сама дура! - крикнула я в ответ, не особо волнуясь о том, что могут услышат другие девочки.

- Это не правильно! Я побью Лукаса! - злобно выдала Яна.

- Не смей! Он был наёмником, ещё убьёт тебя! Что я буду делать?

- Тогда я оставлю завещание и напишу в нём, чтоб ты всегда-всегда отмечала свой день рождения, а иначе мы не подруги и никогда ими не были!