— Ульрик тебя раздери! — с проклятьем охотник на ведьм вскочил на ноги, поднимая арбалет.
Эти слова взорвали трактир. Разгорячённые элем, который они весь вечер усердно вливали в себя, и зажигательными рассказами гнома, мужчины «Дракона» превратились в легендарных воинов в собственных глазах. С проклятьями и клятвами на устах, они вытащили из ножен клинки и энергично обрушились друг на друга, стремясь прорубить и прорезать дорогу к своей собственной славе.
Фредрик сунул руку под барную стойку, чтобы вытащить свой собственный клинок…
Огр вбил голову блондинчика в стойку бара в каком-то дюйме от собственного испуганного лица Фредрика. Бармен в испуге отпрянул к стене, так быстро, как только позволили его превратившиеся в желе конечности. На глазах Фредрика огр сменил хватку на молоте и обрушил его сверху на голову блондинчика. Череп человека треснул, словно яйцо, расплескав своё кровавое содержимое по всему трактиру. Охотник глянул на Фредрика и рыкнул, хотя с угрозой или насмешкой трактирщик не смог понять. Сграбастав труп авантюриста за расплющенную голову, он швырнул его в пытающегося подняться на ноги гнома. Не успевая увернуться, гном поднял руки, но снова был отброшен на пол, врезавшимся в него телом бывшего компаньона.
Любопытство перевесило страх, и Фредрик осторожно отлепился от стенки и выглянул над стойкой.
Огр двинулся к гному.
Дурак, со слишком большим количеством отваги и слишком малым — разума, атаковал его сзади, сломав стул о могучую спину. Едва ли охотник заметил сей удар. Огр продолжил движение, случайно выпотрошив человека зазубренным ножом, когда махнул назад рукой, прежде чем выбить душу из неудачливых посетителей кабака, что оказались перед ним.
Огр добрался до гнома.
Охотник навис над ним, словно неотвратимое возмездие, хрюкнув, пока гном тщётно пытался выбраться из-под трупа своего товарища. Поставив ногу в окованном ботинке на грудь гнома, огр приготовился подвести черту под судьбой авантюриста.
— Нет! Подожди! — в панике выкрикнул гном, одна рука шарила вокруг в поисках оружия, в то время как другая пыталась закрыть лицо.
Огр и ухом не повёл. Его молот качнулся по дуге и опустился на голову гнома, превратив её в кашу и расколов позвонки.
Несмотря на весь ужас ситуации, Фредрик усмехнулся. Если бы гном выжил, то стал бы ещё короче, чем был.
Фаулькштайн покатал щепотку курительного табачка между большим и указательным пальцами.
— Итак… — стражник прошёл вперёд и, обойдя тело, из спины которого, словно странный путеводный указатель для заблудших, торчал меч, указал на груду тел. «Похоже, весьма популярное место для смерти», подумал он. — Они должны бы находиться где-то здесь, не так ли? — он пнул ближайшее тело.
— Угу, — Фредрик вытянул шею, чтобы взглянуть на место, куда указывал стражник. — Да, как мне кажется, — он поднялся, продолжая энергично чесать чирий на шее, и подошёл к Фаулькштайну. — Да, всё верно. Тот человек здесь, — Фредрик опустил было руку, указывая на место, но остановился, увидев покрывающую её плёнку гноя. — Да чтоб тебя! — ругнулся он, вытирая руку о чистую часть полы своей куртки. Пока он чистил одну руку, другой он показал на окровавленное тело, лежавшее чуть ли не бок о бок с трупом слева от Фаулькштайна.
Фаулькштайн присел рядом с телом, на которое указал трактирщик. Одежда мужчины пропиталась кровью, светлые волосы слиплись от покрывавшего их содержимого его черепа, что выплеснулось после соприкосновения с молотом огра. Стражник протянул руку, чтобы перевер…
— Остановитесь! — жрец Морра, вытянув руки, встал между телом и стражником.
Вздрогнув от испуга, Фаулькштайн отшатнулся. Придя в себя, он воззрился на жреца. — Какого…?
— Я прошу вас, сэр, не беспокоить детей Морра, — ответил жрец, присев над телом и суетясь над ним с не меньшей энергией и тщательностью, чем лекарь над раненым.
Запах ладана вцепился в рясу жреца, словно тень смерти, вынудив стражника закрыть нос полой форменного кителя.
— Позволите ли мне? — с притворной вежливостью спросил Фаулькштайн, присев рядом с гномом.
— Конечно. Он — гном и не имеет никаких дел к Морру, а последователи Морра к нему, — ответил жрец и отвернулся.
Фаулькштайн обнажил кинжал и поднял с мощёного пола то, что осталось от головы гнома. Судя по всему, гном принял смерть от того же дробящего оружия, которое положило конец жизни его спутника. Если судить по размеру и углу выемки в полу, трактирщик похоже не врал: они пали от одного и того же врага.
Читать дальше