Иван Городецкий - Артефактор

— Благодарю, — я распрощался со служащим и вышел из канцелярии.

Расположившись на одной из скамей вдоль стен, которые имелись в коридоре, я приготовился ждать неизвестно сколько часов. Но к моему удивлению, глава службы дознавателей прибыл спустя тридцать минут от силы.

С первого взгляда было видно, что этот стареющий мужчина лет пятидесяти пяти тщательно следит за своей внешностью. Костюм по последней столичной моде. Со вкусом подобранные украшения. Ухоженная седая бородка на породистом, когда-то явно красивом лице. Темно-серые глаза смотрели с легким прищуром, в них читалась легкая надменность, как у многих аристократов. Пока трудно было судить, что он за человек. Разумеется, я просканировал его и на предмет магических талантов. Сильный водный маг. А учитывая неплохую физическую форму для его возраста, можно предположить и наличие воинских умений. В общем, недооценивать такого человека я бы не стал.

Меня окинули цепким взглядом, но заговаривать не стали. Лерр Ладаер прошел в свой кабинет. Я успел лишь увидеть в приоткрытую дверь, что там вначале шла приемная секретаря. Чертыхнулся из-за своей недогадливости. Надо было зайти, наверное, и спросить, принимает ли глава дознавателей без предварительной записи. Хотя других желающих с ним пообщаться рядом не наблюдалось. Но мало ли.

Выждав минут пять, я все-таки постучал и вошел. Секретарь — невзрачный человечек лет сорока — неодобрительно посмотрел на меня и спросил:

— Вам что нужно?

— Я по делу о поджоге, который будет вести лерр Ладаер. Пострадавший.

— Понятно, — чуть смягчился секретарь. — Вас бы все равно вызвали в случае необходимости. Но раз сами явились, то обождите. Лерр Ладаер сейчас войдет в курс дела, и я скажу ему о вашем приходе.

Ждать пришлось долго. Похоже, помимо моего дела у главы дознавателей нашлись и другие. Коридор между тем заполнялся людьми, желающими попасть или в этот кабинет или другие по соседству. Несколько раз к лерру Ладаеру заводили кого-то, с кем он беседовал. Я уже изрядно заскучал и жалел о том, что не догадался захватить с собой накопители. Так бы хоть с толком время провел. Но наконец, спустя часа три обо мне вспомнили и пригласили войти.

Кабинет лерра Ладаера поражал стерильной чистотой, нехарактерной для средневековья. Притом все стояло на строго отведенных для этого местах. Видно было, что порядок этот человек любит патологически. Если он и в делах такой же, то это внушает уважение!

— Присаживайтесь, господин Нерт, — сухо бросил лерр Ладаер, что-то пишущий на какой-то бумаге. — Ваше дело я рассмотрел. Не думаю, что оно нуждается в дополнительном расследовании, — он, наконец, отложил перо и в упор посмотрел на меня.

Если бы точно не знал, что никаких ментальных способностей у него нет, заподозрил бы именно это — настолько пронзительный взгляд. Казалось, что этот человек видит собеседника насквозь. Стало немного неуютно, но я заставил себя выдержать взгляд, не выдав никакого дискомфорта.

— Все очевидно. Попытка поджога, которая не увенчалась успехом. Преступники пойманы с поличным на месте преступления. Теперь остается передать дело в суд и ожидать приговора. Вы можете оставить свои данные моему секретарю. Он сообщит вам, если хотите, чем все закончится.

— Разве вас не интересуют мотивы преступников? — несколько удивился я.

— Пусть они интересуют их защиту, если захотят ею воспользоваться, — усмехнулся лерр Ладаер. — Тратить время на то, что лично для моей работы значения не имеет, не считаю необходимым. Есть куда более важные дела.

— И все же на каком наказании для преступников вы будете настаивать?

— Насколько я понял, то девица благородных кровей. Как такового, пожара не было. Лишь неудавшаяся попытка. Обойдемся без крайних мер. Пусть ее семья или она сама уплатит штраф в казну и отправляется восвояси. Если захочет выкупить и слугу, не буду иметь ничего против. Или у вас иное мнение, господин Нерт?

М-да, похоже, мои надежды на его придирчивость к выполнению буквы закона оказались сильно преувеличены! Видно было, что лерр Ладаерр желает поскорее отделаться от этого скучного дела, а заодно проявить снисхождение к другому аристократу.

— Боюсь, что иное.

И вот понимаю, что светить перед лерром перстнем — не то же самое, что перед простолюдинами, но уж слишком взбесило явное пренебрежение, сквозившее в обращении со мной. Жаль, что эмоции лерра прощупать не удалось — на нем был защитный артефакт. Но то, что приязни он ко мне не питает, это очевидно. Явно хочет поскорее выпроводить и заняться другими делами.