— О, пожалуйста, ты выглядишь потрясающе, — заверила ее Софи. — Как всегда.
Это была не ложь.
Даже в зале полном Васкеров Биане удалось блеснуть.
Как и Фитцу… хотя Софи пыталась не замечать.
— Эй, Фитци, — сказал Киф, толкая Фитца. — Хочешь присоединиться к нашему пари на то, как долго продлится этот трибунал? Ты можешь назвать свои условия… о, но если ты проиграешь, тебе придется носить металлический подгузник в школу и называть меня Лордом Офигенноволосым с этого момента.
— Э… ну, нет, — сказала Фитц, когда Биана произнесла:
— Офигенноволосым?
— Лодром Офигенноволосым, — поправил Киф. — Что? Это в точку. — Он вскинул голову, как в рекламе шампуня. — Думаю, что мы должны сделать это в любом случае… не так ли, Фостер?
— Думаю, ты смешон, — сказала ему Софи.
Опять же, Биана хихикнула. И губы Фитца дернулись от улыбки. Даже Олден и Делла немного расслабились.
Но все стали серьезными, когда Олден жестом предложил им проследовать за ним по узкой серебряной лестнице, которая вела к платформе с рядом стульев, стоящих перед тронами Членов Совета.
Фитц предложил Софи руку, и она попыталась игнорировать то, как ее внутренности трепетали при этом жесте. Вероятно, он делал это только потому, что все знали, что подъем без спотыкания не был одной из ее сильных сторон, особенно когда она надевала каблуки. Но она все еще краснела, когда держалась за его локоть.
Стало еще жарче, когда он сказал ей:
— Я рад, что ты здесь.
— Как и я.
Она имела в виду, несмотря на то, что шум в комнате менял тон… и она уловила достаточно рассеянных слов, чтобы знать, что многие сейчас говорят о ней.
— Воспитана людьми.
— Генетически измененная.
— Проект Мунларк.
Было также несколько упоминаний о «подборе пар», и Софи решила, что не хочет знать, что они говорят. Особенно, когда заметила ухмылку Кифа.
Фитц привел ее к стулу в дальнем левом углу платформы и занял место рядом с ней, а Киф сел по другую сторону, затем расположились Биана, Делла и Олден. Все телохранители заняли позиции позади них.
— А где Альвар? — прошептала Софи, заметив, что свободных мест нет.
Олден указал на часть пола с квадратным рисунком.
— Эта платформа поднимется, как только он встанет на нее.
— Он должен встретиться с Советом один, — тихо добавила Делла.
— И, похоже, время пришло, — сказал Киф Ро, когда два десятка вооруженных до зубов гоблинов вошли в зал и заняли позиции вокруг тронов Членов Совета.
— Они называют это безопасностью? — выдохнула Ро. — Я могла бы убрать их, даже не показывая кинжал.
Фанфары заглушили ответ Сандора… что, вероятно, было к лучшему. И все внутри Софи сжалось, когда все двенадцать Членов Совета появились во вспышке света на платформе в блестящих серебряных плащах и мерцающих диадемах.
Ро фыркнула:
— Ничего себе. Драгоценности в их коронах соответствуют тронам?
— Полагаю, ты предпочитаешь, чтобы мы украшали кожу? — произнес в ответ Член Совета Эмери.
Его глубокий, бархатный голос отскочил от изумрудных стен, но Ро не выглядела ни на йоту запуганной, когда подняла руку и провела одним из розовых когтей по татуировкам, оплетающим ее лоб.
— Сомневаюсь, что вы, ребята, справитесь с болью, — сказала она ему.
— Думаю, ты удивишься, что мы можем вынести, — ответил Член Совета Эмери.
Его кожа обычно была того же оттенка, что и длинные темные волосы… но какие бы воспоминания ни вдохновляли его заявление, они сделали его кожу слегка пепельной.
— Но мы здесь не для того, чтобы это обсуждать, — добавил он, усаживаясь на трон, инкрустированный сапфирами, который соответствовал и его венцу, и цвету глаз. — Я знаю, что многим в этом зале предстоит вернуться к важным заданиям. Так что не будем терять времени.
— Ты слышала? — спросил Киф Ро, пока другие Члены Совета рассаживались по местам. — Они не собираются терять время.
— Пф… посмотрим, как пойдет, — поспорила Ро.
— Приведите обвиняемого! — приказал Эмери, и еще четыре воина-гоблина вошли в зал, таща фигуру в капюшоне, которая появлялась и исчезала при каждом шаге, как его мать и сестра.
Альвар никогда не был так привлекателен, как его младшие брат и сестра, но он всегда компенсировал это безупречной одеждой, идеально уложенными волосами и фигурой, которая выглядела так, будто он проводил часы за тренировкой каждый день. Он был бы в ужасе от тощего, избитого человека, которым стал. Его свободный серый плащ, казалось, поглотил его, и жирные пряди темных волос свисали у бледно-синих глаз.
Читать дальше