Но сил встать и идти туда нет. Подтянула к себе пиво. Да, полоскать рот пивом, еще то удовольствие! Спазмы, наконец, закончились, я с трудом сумела отползти от кустов и привалиться к небольшой березке. Хорошо-то как! Самочувствие на удивление быстро улучшалось, даже мерзкий вкус во рту пропал. Я блаженно закрыла глаза, совершенно не обращая внимания на тот факт, что после таких приступов хорошо не бывает, что хоть какие-то последствия должны остаться.
Но наглое сознание не дало мне долго разлеживаться и возмущенно завопило:
— Какая еще береза?! И кустов тут никаких не было!! Елок кстати тоже! Сосновый бор как-никак! А под ногами шишки были, ежели кто не помнит, а не трава вовсе!
Глаза тут же испуганно распахнулись. А ведь этот умник прав: вокруг была совсем не та местность, что несколько минут назад. Стала тихо накатывать паника, где-то в глубине трепыхнулись страх и одиночество.
— Так, ты мне это брось! Лучше подумай, разве "белочка" появляется после полбутылки "Клинского"?
— Ну, это смотря, какая бутылка! — привычно отозвалась я.
Действительно, выпила я немного, 0,3л, не больше, а итог — здравствуй, милая "белочка!" И марево какое-то, и лес другой вокруг, и сознание вдруг болтать стало, почем зря… Не, у меня есть, конечно, привычка, сама с собой трепаться, но чтобы мне при этом отвечали, такого точно не было!
— Ты просто меня раньше не слышала, — самодовольно отозвалось сознание.
— А сейчас почему слышу?
— Наверно, воздействие магического фона планеты. В твоем… нашем мире его нет, вот и не слышала.
— Ты что уверен… уверено… слышь, умник, как к тебе обращаться-то?
— Да так и обращайся — Умник!
— От скромности ты точно не умрешь. Почему в мужском роде-то?
— Все бабы — дуры! Я умный, значит, мужчина!
Негромкое хихиканье.
— Ежели ты такой умный, где ты был, когда я отца послушалась и в пединститут поступила?
— Ну, я и говорю, дура!
Смешок повторился.
— Еще и ржет, паразит!
— А это не я! — отозвался Умник.
— А кто?
— А я знаю?! "Белочка" твоя, небось!
— "Белочка"? — возмутилась я.
Вдруг и правда "белочка", тогда этот бред легко объясняется. Только откуда?…
Я прислушалась к себе: действительно, что-то непонятное, вроде как из середины груди нить протянута и за нее кто-то тянет (или что-то).
— Умник, это ты? — спросила с надеждой.
— Да сколько повторять-то, не я это!
А кто? Мало мне Умника, еще чегой-то завелось.
— Эй, кто здесь? — крикнула я.
Ответа не последовало, но чье-то присутствие продолжало ощущаться, причем почему-то именно внутри, в груди (и не надо мне про Чужих рассказывать! я и так боюсь!) В пределах видимости никого не наблюдалось. Разве что за кустами кто-то сидел, но упорно молчал.
— Эй, отзовись! — теперь мысленно.
Опять нет ответа. Но тянущее чувство уменьшилось. Теперь к нему добавилось чувство физического дискомфорта что ли, вроде как неуютно, прохладно, да и есть хочется. И всё это было явно чужое, так как благодаря болтовне с Умником я чувствовала себя весьма неплохо.
— А то! — самодовольно отозвался Умник. — Твоя антрайя меня очень волнует. Поэтому стараюсь, как могу, отвлекаю!
— Что? Какая еще антрайя?
Умник слегка замешкался, а потом поспешно выпалил: — Да, память у тебя дырявая! Сама же в интернете читала!
— Что-то не припомню. И что оно значит?
— Душевное равновесие. Сумасшедшая ты мне не нужна!
— А какая нужна и для чего?
— Да, — выпалил Умник, разозлившись, — я злобный инопланетный монстр-пришелец, пожирающий чужие мозги! Довольна?
Он выдохнул и продолжил уже спокойнее:- Сама подумай, что мне с тобой сумасшедшей-то делать. Я же твое сознание, вот и забочусь о тебе! Не каждая психика легко переход в другой мир воспримет.
— А он точно другой?
— А ты в нашем мире много ёлок, на которых яблоки растут, видела? Или это делянка юных мичуринцев?
— Где?
А в ответ ехидное: — А глазки раскрыть и посмотреть?
Оглядевшись, я поняла, что антрайю, о которой так печется Умник, я потеряю в ближайшее время.
Реальность обозначилась передо мной со всей беспощадностью. То, что раньше не осознавалось, теперь встало на свои места. Местность вокруг не просто поменялась, она была вообще ЧУЖАЯ. Об этом кричало буквально всё вокруг: и небо (вернее его кусочек, остальное деревья закрывают) вроде голубое, но с каким-то фиолетовым оттенком; и ярко-оранжевые листья берёзки, и цветы на кустарнике — голубые с желтыми треугольничками, и травинки с иголочками на конце, и синие крупные яблочки…
Читать дальше