– Они заперлись изнутри. Никто не хочет оказаться снаружи в Таинственную ночь. Только ведьмы и поклонники демонов.
– Но снаружи был черный экипаж, – сказал Готрек.
– Едва ли в нем сидели приличные люди. Окна были занавешены, а на карете не было герба.
– Мое горло слишком пересохло для обсуждения подобных мелочей. Эй, давай открывай дверь, или я пущу в дело секиру!
Феликсу показалось, что внутри таверны что-то движется. Он приложил ухо к двери и различил неясный звук голосов и рыдания.
– Если не хочешь, чтобы я задел твою башку секирой, человечий отпрыск, лучше отойди, – проворчал Готрек.
– Подожди-ка, – сказал Феликс и перешел на крик: – Эй вы, внутри! Откройте! У моего друга очень большой топор и очень короткое терпение. Я полагаю, вы сделаете, что он велит, иначе лишитесь двери!
– Это кто тут, ты говоришь, короткий? – сердито переспросил гном.
За дверью раздался слабый, дрожащий крик. "Именем Сигмара, уходите, демоны из Преисподней!"
– Хватит, – бросил Готрек, – с меня довольно.
Он вновь достал двуручную секиру. Отскочив прочь, Феликс заметил руны на ее лезвии, блеснувшие при свете Моррслиба.
– Именем Сигмара! – прокричал Феликс, – хватит испытывать наше терпение. Мы обычные усталые путники!
Секира с треском вонзилась в дверь, и в стороны полетели щепки. Готрек повернулся к Феликсу и злобно оскалился: у гнома почти не было зубов.
– Никудышная работа, эти человеческие двери, – сказал он.
– Я думаю, вам лучше открыть дверь, если хотите ее сохранить, – крикнул Феликс тем, кто заперся в таверне.
– Подождите! – раздался дрожащий голос. – Эта дверь стоила мне пять крон у Юргена, нашего плотника.
Дверь открылась. На пороге появился высокий худой мужчина с невеселым лицом, обрамленным жидкими седыми волосами. В его руках была увесистая дубина. За ним стояла пожилая женщина, она держала плошку с оплывшей свечой.
– Вам не понадобится ваше оружие, сударь. Нам нужна только кровать на ночь, – сказал Феликс.
– И пиво, – проворчал гном.
– И пиво, – согласился Феликс.
– Много пива, – уточнил Готрек, а Феликс посмотрел на старика и беспомощно пожал плечами.
Внутри гостиница представляла собой большую залу с низким потолком. Доска и две бочки образовывали стойку. Из-за угла за гостями наблюдали три вооруженных человека, которые были похожи на путешествующих коробейников. У каждого был кинжал наготове. Тень скрывала их лица, но было очевидно, что они встревожены.
Хозяин впустил гостей и сразу опустил за ними засов.
– Вы можете заплатить, господин лекарь? – спросил он нервно. Феликс увидел, как у того задергался кадык.
– Я не лекарь, я поэт, – сказал Феликс, доставая свой тонкий кошель и пересчитывая несколько оставшихся золотых монет, – но я могу заплатить.
– За еду, – пояснил Готрек, – и за эль. В этот момент пожилая женщина расплакалась. Феликс пристально посмотрел на нее.
– Старуха чем-то расстроена, – сказал Готрек. Хозяин кивнул:
– Наш Гюнтер пропал. Сегодня ночью.
– Неси эль, – велел Готрек. Когда хозяин таверны удалился за кружками, Готрек поднялся и направился туда, где сидели коробейники. Те настороженно следили за ним.
– Вы знаете что-нибудь о черной карете, запряженной четверкой вороных? – спросил Готрек.
– Вы видели черную карету? – откликнулся один из торговцев. В его голосе отчетливо слышался страх.
– Видели? Эта проклятая штука чуть не сбила меня, – выкрикнул гном. У человека перехватило дыхание. Феликс услышал звук упавшего ковша. Он видел, как хозяин гостиницы наклонился, чтобы поднять его, и вновь начал наполнять высокую пивную кружку.
– Тогда вам очень повезло, – сказал самый толстый и, судя по его виду, наиболее преуспевающий торговец. – Говорят, что каретой управляют демоны. Я слышал, она проезжает здесь каждый год в Таинственную ночь. А еще говорят, что эти демоны похищают маленьких детей в Альтдорфе и приносят их в жертву в Кольце Темных Камней.
Готрек взглянул на него с любопытством. Феликсу не нравилось, что дело принимает подобный оборот.
– Разумеется, это всего лишь легенда, – сказал он.
– Нет, сударь, – проговорил хозяин гостиницы. – Каждый год мы слышим шум, когда карета проносится мимо. Два года назад Гюнтер выглянул наружу и увидел ее. Черная карета, как вы описали.
При упоминании имени Гюнтера старушка вновь начала плакать. Хозяин таверны принес тушеное мясо и еще две большие глиняные кружки с элем.
Читать дальше