Array rakugan - Коридор

Еще больше меня тревожило состояние Беллы. С тех пор, как Гарри уехал в школу, Красотка не знала, чем себя занять, и ждать от нее можно было чего угодно. Самое меньшее, она могла уйти в запой. Я не знал, что делать. Отправить ее работать? Но я не мог представить подходящей должности, да и сомнительно, чтобы Белла с кем-то ужилась. Благотворительность, шоппинг, игра в бридж, разведение орхидей и прочие хобби женщин из высшего общества? Чушь!

К счастью, в конце концов Красотка нашла себе занятие самостоятельно. Она почему-то уверовала, что новая война неминуема, и с головой ушла в тренировки. Я не пытался ее переспорить — лучше так, чем никак. Белла, впрочем, не особенно нуждалась в моей поддержке или моем обществе. Все дни она проводила в тренировочном зале или в лесу, в компании движущихся манекенов, изображавших условного противника.

Через неделю после начала учебы Хедвиг принесла первое письмо от Гарри:

7 cентября

У меня все хорошо, не беспокойтесь за меня. Я пока не нашел друзей но вы же сами говорили, что к друзьям нужно относится серьезно и лучше никого, чем абы кто. Уроки я не прогуливаю. Мне очень не нравиться, что все тыкают в меня пальцем, даже когда я иду на завтрак и поесть спокойно не дают. Я пытаюсь не обращать на это внимания. В Хогвартсе все совсем не так как дома. Тут все время все двигается и меняется. Я даже сначала не мог запомнить куда идти. Драко говорит это потому что я тупой, а сам однажды два часа долбился на Хафлпаф, думал что это дверь на Слизерин. Как вы думаете почему Драко попал на Слизерин? Наверное шляпа (сортировальная) его просто пожалела. К стати я с ней сильно поругался, и она сказала что запомнит это мне. Думаете это всерьез? У Филча есть дурацкая кошка, она с меня глаз не спускает. Я думаю, это полунизла, но они же обычно не такие злобные. Она ему очень преданна, как собака прямо. Это странно. На трансфигурации мы пытались превратить спичку в иголку, а Макгонагал сначала превратила стол в свинью. Она даже хрюкала и бегала по классу. Но пахло от нее все равно чернилами. А Квирел (это учитель зоти) говорит, что тюрбан ему подарил африканский принц за то что К. победил зомби. Никто ему не верит, а я думаю почему бы нет? Правда, скромный какой то подарок для принца. Снейп меня не любит, он сказал что я весь в отца. Я спросил в которого? Он сказал, что в обоих.

Гарри

Со слов Ральфа я знал, что Гарри кое о чем умалчивает. На факультете его встретили совсем не ласково, и он переживал это куда сильнее, чем хотел показать. «Я пока не нашел друзей…». Но брату вмешиваться не позволял — мол, сам разберется, и точка.

А тем временем МакГонагалл, как назло, тянула с личной встречей. Письмо с приглашением пришло только в середине сентября. Декан Гриффиндора сообщала, что ждет меня в понедельник, в шесть вечера, и для этого специально подключит камин к сети.

***

В кабинете Минервы МакГонагалл я за свои школьные годы не побывал ни разу — все-таки чужой декан, что мне там делать? Заранее представлял нечто вроде апартаментов Слагхорна, но на деле все оказалось иначе. Здесь не было ни мягких кресел, ни шкафчиков с напитками — все строго, аскетично, по-спартански. Письменный стол, заваленный бумагами, окна без гардин, стеллажи с книгами от пола до потолка… Разбавляли интерьер только наградные квиддичные кубки да колдографии выпускников по стенам.

Когда я вышел из камина и потянулся за метелкой для сажи, висевшей сбоку на гвоздике, МакГонагалл подняла голову, сухо кивнула и опять ушла в заполнение классного журнала. Потом, все так же не глядя, указала мне на стул.

— Добрый вечер, мистер Лестрейндж. Садитесь.

Ага. Обращения по имени и других знаков внимания, каких обычно удостаиваются бывшие студенты, мне тут не дождаться…

— Зачем вы хотели со мной встретиться? — спросила она наконец, отодвигая журнал. — Прошу излагать быстрее, у меня мало времени.

Несмотря на ранний час, в кабинете было сумрачно — на окна падала тень от хогвартских башен. Лампу МакГонагалл не торопилась зажигать, но и так было видно, что за прошедшие годы она почти не постарела, лишь в гладко причесанных темных волосах появились седые пряди. Коричневую мантию у ворота скрепляла серебряная брошь с гагатовой вставкой, но больше никаких украшений не было: ни сережек, ни обручального кольца на руке.

— Я хотел поговорить о Гарри, профессор…

МакГонагалл приподняла брови.

— Пока не о чем говорить, — холодно ответила она. — С начала учебного года прошло всего две недели, и судить об успеваемости рано. На моих занятиях мистер Поттер демонстрирует нормальный средний уровень, от других учителей я тоже не слышала на него нареканий. Что еще?