Alexwoe - Случай

Он повернулся спиной, и они впятером прыгнули вниз к оркам. Дрались отчаянно, но недолго. Мама смотрела с каменным лицом, как они сражались и умирали, а затем повернулась ко мне и сказала, крепко меня обняв.

— Помни, Исилиэль, делай всегда выбор сама. Я один раз позволила его сделать за себя и лишь твое рождение заставляет меня об этом не жалеть, но сейчас я делаю свой выбор сама. Помни всегда — кто ты!

Я еще чувствовала ее горячие губы у себя на щеке, а она уже, спрыгнув с крыши, метала стрелы в орков. Стрелы закончились, и Лауриндиэ из Дома Синих Елей бросилась на врага с мечом, но орки не дали ей приблизиться, а в один удар подняли ее на копья.

— Мама! Мамочка!

Душа разрывалась от горя и печали. Я осталась одна и должна была сделать свой выбор сама, но не успела. Заклинание прилетело совсем неожиданно, и я перестала чувствовать свое тело, а после наступила темнота.

Очнулась ночью и сразу поняла, что дела мои плохи. Я была обнажена и связана, а шею сжимал ошейник. Лишь бы только не полного подчинения. Повернула голову и в отблеске горевшего неподалеку костра, увидела знакомое лицо.

— Ниэллон?

— Да, Исилиэль. Как ты?

— Плохо. Где мы?

— Три дня от Горной Долины в сторону Диких Земель.

— Что? Как?

Моему удивлению не было предела.

— Как как, а вот так. Орки, когда захватили поселок, то их хан решил самых строптивых подарить шаману Орды. Вот мы и здесь.

— Ты строптивый? — я бы рассмеялась, если бы не было так горько и плохо на душе.

— Да. Я, ты и Гэлторн.

— Ну, Гэлторн понятно, а ты чем отличился?

— Так получилось, что я убил двух их командиров и Гэлторн тоже там, у било, многих убил из лука.

— А эльфы, что в подарок не сгодились или плохо дрались?

— Нет, почему? Дрались они отлично, но их мало осталось и увел выживших другой отряд — из наших предателей, а остальных загнали в рабские загоны. Рабов же пустили на мясо, как и убитых эльфов и наших.

— Что, очнулась, ушастая? — прервал наш разговор рык, склонившегося надо мною, громадного орка. Почему ушастая, у самого уши не на много короче моих. Еле сдержалась, чтобы не выпалить все это вслух. Но орк все же видно уловил ход моих мыслей, перехватив взгляд на его уши, и осклабился. Удар в грудь дикая боль и снова темнота.

Двигались мы очень быстро и к вечеру я, да и мои товарищи были еле живыми. Сил хватало попить воды и съесть лепешку. Орки кормили нас, лишь бы мы перенесли дорогу на пределе своих сил. Мысли о побеге, уступили мыслям о еде и отдыхе. На седьмой день вышли на древнюю дорогу и у полуразрушенного моста орки разбили лагерь. Нам же велели поставить себе шалаш.

— Они ждут отряд из Белой Рощи, — шепнул мне на ухо Ниэллон, — Я слышал, как они об этом говорили.

А ночью… А эта ночь стала моим кошмаром.

Проснулась от того, что кто то схватил меня за волосы и рывком поставил на ноги. Открыла было рот, чтобы закричать, но туда сразу же воткнулся кляп и смогла лишь заскулить.

Огромный орк довольно скалил свои клыки и одной рукой грубо стал мять мою грудь, а вторую запустил мне между ног. Я было дернулась, но сразу же последовала сильная пощечина и я поплыла. Потом резкий рывок и я на коленях, лицом в траве. Поняла, сейчас случится страшное и попыталась опять вырваться, но сильные руки держали крепко. Только не так! Только не орк! Уж лучше человек, но не орк!

Было больно! Очень больно. Орк вошел в меня грубо и до упора. Если бы не кляп орала, как на жертвенном алтаре, а так лишь скулила, потом рычала от бессильной злобы, а после мне стало все равно. Я как бы вышла из своего тела и оставила бездушную оболочку на поругание зеленой твари. Не знаю, сколько это продолжалось, но я вернулась рывком в свое тело, когда насильник отшвырнул меня в сторону и подошел к Ниэллону. Тот был тоже связан и рот заткнут кляпом, а в глазах ужас. Тут мне стало не до Ниэллона, я почувствовала свое тело. Боль, обида и стыд были такими ужасными, что хотелось умереть. Но мама выжила, и я выживу и отомщу. Я — сильная! Сильна а а я я!!!

А после пришли другие орки. Нашего насильника связали и усадили у своего шатра, а после нас стали снова насиловать. Тут выяснилось, что Ниэллон мертв и главный орк отдал приказ:

— Этого на мясо, а этими можно пользоваться. А с того урода глаз не сводить. Ему перед ханом нас оправдывать придется.

Меня насиловал лишь их командир, другие накинулись на Гэлторна. Когда орк излился в меня третий раз, то предложил другим, но они отказались.

— Надоели уже эти ушастые шлюхи! — отмахнулся орк с гребнем на голове.