Разумеется, большое затруднение представляют вопросы времени. Множественные лабиринты времен могут накладываться друг на друга, продолжать друг друга и вновь расходиться. Вероятно, можно предположить, что существует иное, отличное от нашего, измерение и что реальность может простираться за обозримым горизонтом, который мы весьма естественно, подобно грызунам и насекомым, считаем границей бытия. Возможно, существуют параллельные или пересекающиеся вселенные или измерения. При этом можно предположить существование точек связи с нашим собственным миром — даже неких «коридоров» и «ворот». Некоторые считают, что в каком-то туманном смысле Телнария может быть нашим миром и никаким другим, что она — наше прошлое или будущее. Вероятно, она была нашим миром, но в лабиринтах времени устремилась в сторону. Может быть, мы — ветви с того же самого дерева, и по мере того, как мы тянемся к звездам, мы время от времени слышим шорох листьев на других ветвях во мраке. Но такие рассуждения могут показаться абсурдными — следовательно, забудем о них. Под конец упомяну, что в целом мы следуем летописи.
— Снимите с нее одежду, — сказал знаток, — я посмотрю.
— Она не принадлежит мне, — объяснял Юлиан из рода Аврелиев. — Я хотел бы сделать сюрприз другу — как следует обучить его рабыню.
— Она вышколена? — поинтересовался знаток.
— Весьма хорошо, — кивнул Юлиан.
— Полностью?
— Конечно.
— Она сознает, кто она такая?
— Да.
— Это интересно, — протянул знаток.
— Надеюсь, — заключил Юлиан, — что она окажется способной к учению.
— Вполне возможно, — ответил знаток. — А она жива?
— Не знаю, — пожал плечами Юлиан. Послышался внезапный, робкий, стыдливый и беспомощный вскрик.
— Сядь и положи руки на бедра, — приказал знаток.
Послышался короткий сдавленный вздох, а затем еще один крик, похожий на первый.
— Она будет хорошо стонать, — заметил знаток.
— Отлично, — кивнул Юлиан.
— На колени, головой к полу, — приказал знаток. — Мы будем уделять ей как можно больше внимания.
Юлиан взглянул на нее.
— Тогда все прочие вопросы я оставлю на ваше усмотрение, — сказал он, повернулся и вышел.
— Гляди! — закричал горожанин. Толпа рядом с ним захохотала.
— Мужлан с первобытной планеты!
— Где это ты раздобыл такую одежду? — пронзительно вопил второй горожанин.
Великан поднял руку ко лбу и тыльной стороной ладони отер капли пота. Конечно, здесь было не как в доме, но все же жарко.
Мухи назойливо кружились у его лица.
Такого не случалось в прохладных, темных лесах его планеты, убежище волъфангов. Вольфангами называлось одно из пяти родственных племен, к которым относились также даризи, базунги, хааконсы и отунги. Отунги были самым многочисленным и воинственным из этих племен; они также считались родоначальником всех пяти. Это племя, подобно остальным, было истреблено в войнах с Империей. Можно в общем считать эти пять племен одним народом. Существовало множество подобных народов, состоящих из отдельных племен. Упомянутый нами народ в то время считался слабым и незначительным, особенно после его поражений в нескольких войнах. Народ назывался «вандалами», и в Империи о нем мало кто слышал. Этимология названия до сих пор вызывает споры. Выражение «народ», по моему мнению, подходит в этом случае не лучшим образом. Выражение «люди» или «нация» было бы, несомненно, более справедливым, но здесь мы имеем дело с политическими вопросами, поэтому для удобства читателей лучше воспользоваться термином «народы». Однако племя и народ — далеко не одно и то же. Отношение членов племени к своему племени, народу или людям не следует понимать так же, как отношение гражданина к своему государству, хотя в этих отношениях может быть довольно много общего. В этом смысле государство является юридической конструкцией, опирающейся на определенные правила, и является теоретически добровольной организацией, хотя граждан в нем сдерживает прочный ряд установленных норм, условий существования, законов природы, рода или вида. Отношения граждан к государству обычно регулируются, по крайней мере, теоретически, обязанностями, присягами и тому подобным. С другой стороны, отношения внутри племени не являются договорными в том или ином смысле — это всего лишь отношения единокровных субъектов. Можно быть членом племени, но не участвовать в его делах, полагаясь на традиции семьи или рода. Племена состояли из кланов, кланы — из семей, и таким образом получалось, что в пределах племени
Читать дальше