Я мог бы сам выйти на частоту, но не хочу лишний раз шевелиться, чтобы не выдать позицию. Вот сейчас меня никто не пытается обстреливать, так пусть и дальше не пытаются. «Банка» рулит, меня так и не вычислили ни по звуку, ни по пыли, ни по вспышке, я еще вполне себе боеспособная единица.
Анита протараторила все в рацию, потом крикнула мне:
— Они будут через несколько минут! И вызывают вертолет!
— Отлично! Держи с ними связь! Когда окажутся близко, дай им знать, где мы находимся!
Ну вот, в рулетку выиграли, все же ехал патруль мимо, и Анита его застала. Тогда что? А тогда мне нельзя дать албанцами уехать. На машинах они могут уйти, если все же рискнут пойти на прорыв, а вот пешком в саванне от моторизованного патруля и вертолетов — черта с два. Хана им тогда, патрульные чикаться не будут.
Все машины по-прежнему на месте, водилы из них все вышли. Пулеметчик, который тяжелый, двое у дома и четверо в доме… семеро. И плюс три моих «двухсотых» — да, как раз десяток и выходит, не должно их тут больше быть, может быть еще один, максимум. Тогда бы еще машина была.
Через окна по-прежнему никого не вижу. Залегшие… не высовываются, по крайней мере. Ладно, пока просто наблюдаю. И не пускаю к машинам, не пускаю.
Может, попробовать колеса прострелить? А попаду? Семьсот метров, даже при моей половине минуты получится девять сантиметров разброса. А вообще-то для большой покрышки не так плохо, можно попробовать, лишь бы не в мотор… да, я уже имею виды на эти машины, назовите меня меркантильным. Я их заслужил, я за них воевал и не я это начал. Ну, отчасти я, но вы поняли. Хотя нет, я даже не разгляжу, попал или нет, такие мелочи на такой дистанции даже восемнадцатикратник не покажет. И ветер опять же чуть изменится, и все эти девять сантиметров…
Странное спокойствие, нервы как вовсе отключились. Наши близко, позиция хорошая, винтовка точная, пулеметчик скончался. Ощущение, что держишь все под контролем.
А где тот, что пулеметчика утащил? И сам пулеметчик? Да в дом через заднюю дверь заволок, понятное дело, там проще всего помощь оказывать. Куда я ему попал, интересно? И ведь удачно, он точно в бронике должен быть, потому что вот этот второй, что рядом лежит, которого гиена жрать начала, как раз в хорошем плейт-карриере. Просто когда я стрелял, он в мою сторону головой был повернут, вот пуля практически сверху в него и вошла. А пулеметчик стоял в кузове, то есть как раз главной панелью ко мне был повернут.
Ладно, попробую сам до патруля докричаться.
Осторожно и медленно вытащил рацию, переключился на частоту:
— Патруль, как слышите? Это мы вас вызывали. Патруль, как принимаете?
— Слышно хорошо, — откликнулся мужской голос. — Обозначьте себя, мы на подходе.
— Банда находится в доме и еще двое за домом, в траве, по другую сторону от вас. У дома три машины. У них раненый, тяжелый. Нас двое, женщина и мужчина, находимся на высотке слева от дороги, семьсот метров от дома.
— Принял, мы на подходе.
— Лучше всего держите прямо на высотку, на вершину, с нее сектор обстрела хороший, когда будете близко, мы обозначимся.
Еще бы и поверил, а не решил, что мы тут сами бандитская засада.
— Как обозначитесь?
— Я встану и буду махать руками, как еще?
— Принял, — ответили со смешком.
Точку в облачке пыли я увидел через пару минут, а затем точка превратилась в машинку, а машинка выросла в уже знакомый рейдовый «унимог» с броней и масксетью по кругу, ощетинившийся пулеметами.
— Мы на одиннадцать часов от вас, поднимаюсь!
— Обозначайтесь.
Наплевав на все возможные опасности, я вскочил и отчаянно засемафорил руками. Машина тут же изменила курс и пошла прямо на меня, приминая высокую траву. И вскоре, фырча дизелем и хрустнув примятой травой, остановилась рядом, обдав запахом горячей резины и солярного выхлопа.
— Сам дом, в нем четверо и двое в траве левей, метрах в пятидесяти! — крикнул я сидевшему на командирском месте сержанту. — Машины, не разнесите их, если возможно!
С «унимога» почти сразу заработало три пулемета, все по траве. Гулко, как в барабан, грохотал крупнокалиберный, а ему вторили два единых. Не по цели, а так, для поднятия настроения у противника. Трассы шли вразброс, но лежать там я бы сейчас не хотел, плотность огня огромная, а на всех пулеметах оптика. Я тут же завалился за свою винтовку, взяв на прицел окна.
— Сейчас вторая машина здесь будет! — крикнул сержант, высунувшись из-за массивного бронестекла. — Они недалеко! Чьи трупы?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу