Дэвид Вебер - Честь королевы

– Не думаю, что они превратили Ворон в настоящую крепость, – немедленно отозвался Мэтьюс. – Разве что сумели сгенерировать защитную сферу вокруг луны диаметром в восемь тысяч километров. – Он вопросительно посмотрел на Хонор, и она покачала головой.

– Нет, сэр. Даже на Мантикоре пока еще не умеют творить чудеса, – ответила она невозмутимо.

– Тогда то, что у них есть, рассчитано только против нас. Они наверняка не устанавливали орбитальных платформ. Даже строительство лунной базы было риском, потому что мы проводим там периодические учения. Маккавей, – (как и Клинкскейлс, Мэтьюс отказывался называть Мэйхью по имени), – имел доступ к нашим планам, так что он мог их предупреждать, когда нужно прятаться, но они не могли рассчитывать спрятать от нас орбитальные конструкции.

Хонор кивнула, соглашаясь с его аргументами.

– А стационарная оборона куда уязвимее моих кораблей. – Она начала говорить быстрее и из-за этого менее разборчиво, но никто, похоже, не замечал.

– Именно. И если есть шанс, что большая часть хевенитской огневой мощи где-то еще… – начал Мэтьюс.

Хонор посмотрела на него, потом заметила, что все сильнее трет лицо. Она заставила себя остановиться, чтобы не повредить нечувствительную кожу, и решительно кивнула.

– Совершенно точно, адмирал. Когда ваши подразделения будут готовы выступать?

– Шкипер?

Томас Тейсман резко проснулся, и его старпом поспешно отошел от кушетки, а Тейсман сел и спустил ноги на пол.

– Что такое? – поинтересовался он хриплым спросонок голосом. – Это капитан?

– Нет, сэр, – расстроено отозвался лейтенант Хилльярд. – Мы засекли множество сигналов направляющихся сюда импеллеров.

– Сюда? К Уриэлю ?

– Прямо на Ворон, сэр. – Хилльярд смотрел на него обеспокоено.

– Ох, черт! – Тейсман выпрямился, про себя жалея, что вообще покинул Народную Республику. – Какие сигналы? Харрингтон?

– Нет, сэр.

– Мне не до шуток, Ал!

– Это не шутка, сэр. Ее нигде нет.

– Черт побери, грейсонцы не могли выйти на нас в одиночку! Харрингтон наверняка где-то здесь!

– Если это и так, мы ее пока не видели, сэр.

– Черт побери! – Тейсман потер лицо, пытаясь оживить уставший мозг.

Капитан Ю опаздывал на сорок часов; от докладов с лунной базы нормального человека могло и стошнить, а теперь еще эта напасть.

– Ладно. – Он выпрямился, прислушиваясь к треску в позвоночнике, и подобрал фуражку. – Пошли на мостик, Ал, посмотрим, в чем там дело.

– Есть, сэр. – Старпом вышел из кабины вслед за ним. – Мы только пять минут как обнаружили их, – продолжил он. – У нас там были какие-то странные сигналы изнутри системы, что-то вроде отдельных гравитационных пульсаций. – Тейсман оглянулся, и Хилльярд пожал плечами. – Не пойму, что это такое, шкипер. Они разбросаны повсюду, и ничего такого не делают, но мы пытались разобраться, в чем дело, так что приборы были направлены не в ту сторону. Импеллеры уже с полчаса как снижали скорость, когда мы их засекли.

– М-хм. – Тейсман потер подбородок, и Хилльярд сбоку посмотрел на него.

– Шкипер, – начал он нерешительно, – может, это не мое дело, но вы что-нибудь слышали насчет того, что творится на базе на поверхности?

– Это точно не твое дело!

Лейтенант попятился, и Тейсман поморщился.

– Извини, Ал. Да, я слышал, но… – Он зло ударил кулаком по соседней переборке, потом резко остановился и развернулся лицом к старпому. – Я ничего не могу сделать, Ал. Моя бы воля, я бы перестрелял всех этих сукиных детей – но не вздумай говорить об этом даже нашим!

Он смотрел в глаза Хилльярду, пока тот не кивнул нервно. Потом снова потер подбородок.

– Черт, ненавижу это вонючее дельце. Ал, капитан на такое не рассчитывал. Я знаю, что бы он подумал на этот счет, и я четко высказал Фрэнксу свою позицию, но я не могу все капитану испортить, не зная, как бы он решил эту проблему. И потом, – он криво улыбнулся, – у нас нет морских пехотинцев.

– Да, сэр. – Хилльярд смотрел в пол, еле шевеля губами. – Просто такое чувство, будто я в грязи извалялся.

– И я тоже, Ал, и я тоже, – вздохнул Тейсман. Он быстро пошел по коридору, и Хилльярду пришлось почти бежать, чтобы держаться вровень.

– Когда я попаду домой – если я попаду домой, – со злостью пробормотал Тейсман, – я найду штабного засранца, который все это придумал. Мне начхать, кто он такой, я с ним все равно разберусь. Я на такое дерьмо не подписывался, а в темном переулке сукиному сыну никакое звание не поможет! – Он прервался и искоса взглянул на Хилльярда. – Вы этого не слышали, лейтенант, – скомандовал он.