Майкл Салливан - Полый мир

— Я знаю, ты их боишься, и ты был прав насчёт Гео-24, но они тут не при чём. То есть, да, его убил один из них, но никто ему не приказывал. Они не знали, что он задумал. Поэтому он и притворялся Гео-24 — они бы не разрешили ему вернуться. Уоррен бы ни за что не простил убийцу. Уж поверь, он всегда выступал за смертную казнь. А Пол вовсе не самозванец. Ты просто не так всё понял. Тебя подвело собственное воображение. У тебя просто… — Эллис оборвал себя.

Пакс напряжённо замер, смотря ему в глаза и дрожа так, будто на улице был мороз.

— Паранойя? Это ты хотел сказать, да? Так можешь сразу сказать, что я псих.

Эллис услышал за спиной эхо хлопнувшей входной двери.

— Пожалуйста, — только и прошептал Пакс. По его щеке скользнула другая слеза.

Эллис бросил взгляд назад. С веранды за ними наблюдали Уоррен, Пол и Декс.

— Я думаю, тебе лучше пойти домой.

Взгляд Пакса разбил ему сердце.

Посредник шагнул в свой уютный дом в Полом мире, портал закрылся, и Эллиса вдруг качнуло, словно он опьянел. Он попытался ухватиться за забор, но не почувствовал его под рукой. Она совсем онемела. И тут грудь пронзила острая боль. Неожиданно. Будто его грузовик переехал. У Эллиса подкосились ноги, он упал на забор и свалился на землю.

Напоследок он увидел голубое небо. Подумал — не о Пегги или Айзли, — но о Паксе, печке и, наверное, собаке. Да, надо было им с Пегги завести собаку.

Когда Эллис очнулся, голубое небо сменил холодный белый свет. Эллис лежал на спине. На кровати. Невысокий матрац, плоская подушка, тонкое одеяло. Белые поручни по обе стороны. На Эллисе не было одежды, но он не мёрз. Наверное, матрац был с подогревом. Или Эллис больше не нуждался в тепле. Он слышал где-то вдалеке море. Волны не бушевали, а мерно и спокойно шелестели.

— Добро пожаловать, Эллис Роджерс, — донёсся до него женский голос. Эллис никого не увидел. Голос шёл со всех сторон разом. — Как себя чувствуете?

— Да как сказать? Я ничего не чувствую.

— З амечательно , — произнёс тот же мягкий голос.

Покой. Совершенный покой, белый свет и мерный шум прибоя.

— Я умер?

— Да.

Эллис, в принципе, ожидал такого ответа, но всё же удивился.

«Значит, это и есть смерть? Неплохо. Могло быть и хуже. Смерть почти как спа-салон».

Эллис ещё дышал. Или ему только казалось, что он дышит. Наверное, остаточная память. А может, ему дали время «спустить пар», справиться с посттравматическим стрессом. Если это смерть, то, очевидно, жизнь — источник всевозможных нервных расстройств. Эллис был мёртв, не иначе. Он мог вдохнуть полной грудью. Впервые за многие годы он позволил себе эту роскошь.

— Вы — Бог? — наконец спросил он, решив, что правы были феминистки и язычники со своими богинями.

— Я Мод.

— Мод?

— Да.

Такой ответ Эллиса озадачил. Ему на ум пришёл только старый сериал «Мод» с Беатрис Артур. Из неё получился бы очень уж странный Бог, хотя, почему нет? Правда, голос у Мод был не такой, как у Би Артур — мягче и нежнее, как на дисках для медитаций. Всё же Эллиса больше интересовал другой вопрос. Серой здесь не пахло, но ещё не факт, что он доехал до верхнего этажа.

— А где я, если точно?

— В послеоперационном покое 234-А на семнадцатом этаже центрального корпуса реплантаций Института сохранения видов. Вегенер, Кергеленский микро-континент, Антарктическая плита, Полый мир, планета Земля.

— Полый мир?

— Да.

— Мод?

— Да?

— Ты Глас?

— Да.

— Значит, я не мёртв?

— Нет. Вы просто умерли.

В воздухе открылся портал, и через него прошёл незнакомый Эллису человек. Без одежды, без каких-либо примет. В одном Эллис был уверен — это не Пакс, не Пол и не один из фермеров Уоррена: у вошедшего имелись в наличии все пальцы. Значит, круг подозреваемых сузился до каких-то миллионов. Эллис, конечно, не знал, сколько людей живёт в Полом мире, но полагал, что значительно меньше тех миллиардов, что заполняли континенты во времена Китая и Индии.

Гость огляделся и нахмурился.

— Мод, Эллис Роджерс уже проснулся. Можно поставить что-нибудь посимпатичнее пустой коробки?

В один миг стены и светящийся потолок исчезли, и Эллис оказался на пляже. Под глубоким синим небом раскинулся бирюзовый океан. К воде соблазнительно клонились пальмы, а по небосводу плыли белые пушистые облака. У Эллиса на компьютере была такая же заставка — «Сон на Гавайях».