Остальное — это уже история. Несмотря на то, что я не желал служить на посту Президента, я не мог отказать воле умирающего человека. Я работал для вас, я делал все, что в моих силах. И большинство признало, что я служил вам хорошо. Я доволен. Мерзавцы, терроризирующие планету, уже не с нами. Их приговорил общественный суд, он же признал их виновными. Мы отправили апелляцию в Межзвездную Лигу Справедливости и получили от них ответ. Вы все знаете, что преступники отправлены на планету-тюрьму Калабозо. Там же и все продажные судьи и полицейские. Все ультимадос там же. Все там. Мы, наконец, очистились. И все они живы, если дожили. На Калабозо нет тюрем, там всего несколько роботов. Планета дикая и неосвоенная, у нее суровый климат. Все заключенные должны сами выращивать себе еду и заботиться о себе сами до конца дней своих. Это их судьба. Они не могут бежать. Это закономерное наказание для таких непристойных людей.
Мою историю можно на этом закончить. Как ваш Президент могу сказать, что мы сейчас живем в гораздо лучшем мире, чем раньше, но я знаю, что его можно сделать еще прекраснее. Мы должны благодарить Его за это. Он будет жить в нашей памяти вечно. Спасибо тебе, наш дорогой друг, и прощай.
Как говорит молва, действительно очень трудно убить Крысу из нержавеющей стали. Но очень легко уморить. Я не знаю, какие сувениры натолкала Ангелина в эти сумки, но они положительно отрывали мне руки. Я согнулся на трапе позади нее и мальчиков, чтобы не показывать лицо агентам службы безопасности. Это длилось до тех пор, пока воздушные шлюзы не закрылись, и только тогда я смог освободиться и выпрямиться.
— Джеймс, — позвал я. — Или Боливар. Может, вы поможете вашему пожилому папе нести эти сумки остаток пути?
Я стукнул кулаком по ноющей спине, и позвоночник хрустнул. Какое облегчение! Потом я увидел двух пассажиров, поворачивающихся в мою сторону и схватил ручки сумок, опередив подошедшего Боливара.
— Нет, молодой господин, это не ваша работа таскать сумки, только не на этом корабле. Старый Джим сам дотащит их. Сюда, мадам, сюда, добрые юные господа. Я покажу вам ваши места в каюте, — бормотал я, сопровождаемый своей семьей. Только когда дверь каюты закрылась, я смог бросить ужасные сумки и застонать от облегчения.
— Мой бедненький, — сказала Ангелина, беря меня за руку и ведя к стулу. — Теперь посиди здесь чуток, а я посмотрю, может найду что-нибудь, что может тебя взбодрить.
Я сдернул седые усы и брови и отбросил их подальше, пока она наклонялась и открывала сумку. Замок щелкнул и обнажил ровный ряд темных бутылок, помещенных в отдельные гнезда. Ангелина достала одну и поднесла ее к свету.
— Рон столетней выдержки. Маленький сувенир с Параизо-Акви, я думаю, он тебя порадует. Давай я налью тебе капельку, чтоб узнать, не повредили ли мы его в пути.
— Свет моей жизни! — возопил я в искреннем восхищении. — Ты слишком добра. — Мне в горло пролился настоящий райский нектар. Она улыбнулась и кивнула, соглашаясь.
— Это последнее, что я успела сделать для тебя, после того, как тебя убили.
— Получилось очень удачно, правда? Это был великолепный выстрел, Джеймс. Попасть как раз в центр пакета с кровью. В другой раз бери патрон более мелкого калибра. Это был чертовски сильный удар.
— Прости меня. Но я же измерял расстояние, 209 метров. Мне нужна была ровная траектория. Твои медали были отличной мишенью.
— Все закончилось хорошо, так что не будем мелочиться. — Я потянул рон и почмокал. — У вас не было проблем при выезде? — Мы же не разговаривали с того момента, как меня убили.
— Все прошло гладко. Боливар помчался наверх, как только прозвучал выстрел. Я оставил ружье там; где оно было, и встретил его. И мы пошли разыскивать убийцу.
Даже твой друг Оливейра участвовал в охоте. Мы провели его по следам в пустую аллею.
— Дорогой полковник! — заплакал я. — Вы передали ему мои наилучшие пожелания?
— Разумеется. Роботы на планете-тюрьме запрограммированы спускать собак в течение месяца.
— Все лучше и лучше. Я видел новости, когда был туристом, и входил в прибрежный отель. Все, кажется, прошло гладко. Только похороны. Чересчур реалистично. Можно было подумать, что в гробу настоящее тело.
— Так оно и было, — спокойно сказала Ангелина, внезапно став серьезной. — У нас есть и хорошие и плохие новости. Плохие заключаются в том, что один из работников нашей партии по имени Адольфо был убит. Он был лучшим нашим помощником в Приморозо. Он много помог в подтасовке голосов. Он карточный шулер. Его убили ультимадос. Когда его доставили в госпиталь, ты уже был там. Он умер спустя несколько минут. У него не было никого, так что мы сделали для него все возможное.
Читать дальше