Вадим Тарасенко - Боевой Космос

– Но моя жена уже заявила, что погибший был ее любовником, – полковник вопросительно посмотрел на адвоката.

– Она уже изменила показания. Знаете после такой стрессовой ситуации немудрено что-нибудь напутать, – вновь скупая улыбка на лице.

Брик лишь хмыкнул и продолжил чтение. Узнав, что ее муж на несколько недель улетел на учение, этот сослуживец решил, наконец, добиться своего. Прихватив, очевидно для устрашения, предварительно купленный бластер, он проник в дом Бриков и ворвался в спальню, думая, что женщина находится одна.

– А почему он был голый?

– А как должен быть одет мужчина, собравшийся, в зависимости от сговорчивости Вашей жены, или заниматься любовью, или просто насиловать женщину? К тому же психологический эффект. Таким видом он сразу деморализовал свою жертву.

– А его бластер?

– Найден в руке трупа.

– Но полиция ничего же не обнаружила!

– Что Вы говорите? – улыбка на лице адвоката стала пошире. – Я вчера лично читал протокол осмотра. Найдено два бластера. Один армейский, марки «Волк», это Ваш, второй марки «Бизон», принадлежал убитому.

– Но меня же арестовали в баре!

– А я яй, полковник. Женщине простительно после такого не адекватно себя вести. Но боевому офицеру… Какой бар?

– «У бравого капрала», – сумрачно проговорил Бирк.

– Мы, конечно, можем допросить хозяина бара. Но я уверен, что он никакого ареста офицера Военно-Космического флота не видел. Может допросить обслуживающий персонал?

– Там роботы низшего класса.

– Ну вот видите. Так Вы настаиваете на допросе хозяина бара?

– Нет…

На следующий день полковник уже был на свободе.

Неделю спустя, когда ему предложили командовать транспортным кораблем, входившим с эскадру специального назначения Службы Государственной безопасности, О' Тропп Бирк узнал, кому он должен был столь чудесному спасению – могущественному начальнику этой Службы О'Локки Сарбу. Когда бригадному генералу доложили о чрезвычайном происшествии, случившемся с одним из высших офицеров Военно-космического флота, он решил спасти полковника. Мало ли что, пригодиться. Крупно обязанные командиры боевых звездолетов просто так на дороге не валяются.

«Да, не валяются, – Сарб взглянул на часы, – Хрил будет через пятнадцать минут. Я оставлял зазор между ними в десять минут. На пять минут быстрее уговорил Бирка Молодец, Сарб. Но пора завершать эту партию».

– Как только появиться полковник Хрил, сразу ко мне.

– Слушаюсь, господин бригадный генерал, – тот час отозвался адъютант.

Начальник Управления Государственной безопасности не ошибся, полковник О' Ларри Хрил появился ровно через пятнадцать минут.

– Ты как всегда точен, Ларри, – Сарб вскочил из-за стола и быстро подошел к вошедшему невысокому полноватому мужчине. Его абсолютно лысая голова так блестела, что разве не пускала «зайчики». – Рад тебя видеть, – генерал похлопал вошедшего по плечу.– Я тоже, господин генерал, – лицо Ларри осветила добродушная усмешка.

О'Ларри Хрил был сыном О'Стропп Хрила – лучшего друга будущего директора Службы Государственной безопасности, с которым он учился на одном курсе в Военно-Космической академии. Два друга тогда были неразлучны. Жили в одной комнате общежития, учились в одной группе и развлекались вместе. Однажды, уже будучи на выпускном курсе, друзья в баре отмечали день рождения Сарба. Тому там приглянулась одна девушка, гулявшая в своей компании. Локки попытался с ней познакомится, но, очевидно, из-за изрядно принятой дозы алкоголя, делал он это слишком неуклюже, вернее нагло. Дело закончилось дракой с парнями из компании девушки, которых было в два раза больше. Защищались Стропп и Локки браво, как и подобает будущим офицерам-космолетчикам. Даже чересчур браво. Двое парней своими головами разбили тяжелые бутылки с игристым вином. По крайней мере, именно так факт тяжелого сотрясения мозга у их оппонентов за внимание девушки попытались объяснить выпускники элитного военного заведения. В полиции им не поверили, резонно рассудив, что не головы парней разбивали бутылки, а наоборот, бутылки били по их головам. А бутылки, как раз, были в руках бравых курсантов. Дело принимало серьезный оборот, как минимум, отчислением из академии. Сидя в камере, в полицейском участке, друзья все трезво взвесили и, как и положено, будущим офицерам, приняли жесткое, без сантиментов, но правильное решение. Кто-то один должен взять вину на себя. Признаться, что именно он разбил головы двум парням. Оставалась выбрать, кто из них двоих возьмет вину на себя. Не долго думая, решили просто кинуть монетку.