Вадим Тарасенко - Боевой Космос

Вот это действительно было круто. Это тебе не заявлять в ночных клубах, что ты будущий физик. Это тебе не слабенький подскок, это мощный прыжок, заставляющий твоих друзей смотреть на тебя, высоко задрав головы и раскрыв рот.

Торри мог, не предупреждая, исчезнуть на несколько дней. И академик, кляня себя за бесхарактерность, узнавал у охраны, где находится его ветреный друг и краснея, с болью, тщетно пытаясь скрыть просящие нотки в голосе, просил вернуть резвого жеребца в стойло.

Директор Службы Государственной безопасности бригадный генерал О'Локки Сарб поначалу хотел «встряхнуть» новую пассию Мулла, «встряхнуть» так, чтобы навсегда отбить охоту у юнца к таким загулам. Но потом заметил, что эти периодические исчезновения Торри не сказываются на производительности гениальной головы академика. Более того, Мулл после них работал еще продуктивней, буквально сутками «зависая» в своем кабинете или в вычислительном центре, заставляя с десяток суперкомпьютеров выкладываться на всю свою мощь. Вся обида, злость, саднящее чувство неразделенной любви выплескивалось в строчки формул и колонки цифр.

Поэтому бригадный генерал лишь распорядился тщательно охранять О'Торри Дрика, чтобы тот не влип в какую-нибудь некрасивую историю и не пострадал. Пару потасовок, вызванных приставанием будущего физика и настоящего любовника физика к девушкам, были решительно пресечены охраной. Видя свою безнаказанность, парень почувствовал себя если не Всемогущим Картаном, то его любимцем точно.

И как не старались люди Сарба, все же Торри таки влез в неприятную историю. Управляя своим флайером, он грубо нарушил правила полетов. Паркуя свой летательный аппарат на специальную площадку перед ночным клубом, он зацепил взлетающий чужой флайер. Посадочная скорость у Торри была высока, парень любил садиться залихватски, наслаждаясь работой мощных, сделанных по спецзаказу амортизаторов. Поэтому чужой флайер отбросило метров на пять в сторону. Посадочная площадка, как обычно, была расположена на крыше дома, точнее пятидесятиэтажного небоскреба. Столкновения произошло в четырех метрах от края. Пять больше чем четыре. Система безопасности не смогла стабилизировать машину. Флайер с двумя парнями и их девушками не управляемой грудой металла и пластика рухнул со ста пятидесятиметровой высоты вниз. Выжила одна девушка…

Испуганного юнца тут же задержали. Узнав об этом, О'Валли Мулл посерел. Видя его в таком состоянии, не на шутку уже испугался бригадный генерал.

«Не хватало, чтобы из-за этого молодого кретина академика хватил удар. Тех молодых людей уже не вернешь. А нам нужен «Молот».

– Свяжите меня с министром внутренних дел, – отдал распоряжение своему адъютанту директор Службы Государственной безопасности.

Инцидент замяли. Выяснилось, что во взлетающем флайере не сработала автоматика, и тот залез в чужой коридор. Поэтому Торри тут не виноват. Многочисленные свидетели аварии дружно это подтвердили. Родителям погибших была выплачена огромная компенсация.

«Молот» оправдывает все», – бригадный генерал О'Локки Сарб даже не поморщился, читая отчет о том, во сколько обошлось спасение смазливого любовника великого физика и математика.

На время испуганный Торри притих. У О'Валли Мулла начался медовый месяц – он с головой погрузился в океан ласк, которыми окружил его молодой парень. Они вместе провожали, садящуюся за горизонт Парму и вместе любовались через огромное панорамное стекло, как расцвечивает утреннее небо своими розовыми лучами восходящее светило.

Все было прекрасно. Но… но проект «Молот» опять забуксовал.

– Зашвырните этого молодого жеребца на пару деньков куда-нибудь подальше от академика, – последовал безжалостный приказ директора Службы Государственной безопасности.

«Могущество и безопасность страны выше личного счастья одного человека, пусть даже и гения», – О'Локки Сарб задумчиво смотрел на экран монитора, на котором только что светилось лицо его заместителя по внутренним операциям.

В кабине флайера замигала лампочка на панели приборов и зазвучал звуковой сигнал – бортовой компьютер предупреждал о посадке.

«Я так и знал – ночной клуб», – О'Валли Мулл горестно вздохнул, сверху рассматривая полыхающие внизу всеми цветами радуги буквы: «Ночные звезды».

Мужчина еще раз взглянул на экран монитора.

«Да, все правильно, это здесь», – красная точка – сигнал от миниатюрного передатчика, встроенного в правый туфель О'Торри Дрика, располагалась точно в центре экрана.