Вадим Тарасенко - Боевой Космос

– Это, господин Харк государственная измена, – голос следователя был все также сух и бесцветен. – Подлинность записи подтверждена экспертами, в том числе и теми, которых предложила Ваша партия.

«Всемогущий Картан, какой же я глупец. Как я мог поверить Сарбу? На меня что, затмение нашло? – Харк смотрел на себя, застывшего в телевизоре, со смешно открытым ртом. – Вот так же смешно, жалко я буду выглядеть в суде. Ну, нет, не дождетесь. У меня есть алиби. У меня есть запись. И завтра ее должны показать. Завтра».

– Я уже устал повторять, господин следователь. Это не измена, а провокация. Провокация, разработанная Сарбом по поручению Президента, направленная на мою дискредитацию. И в этом Вы завтра убедитесь. Все убедятся!

– Хорошо, подождем до завтра, – О'Ралли Харрис нажал кнопку вызова охраны. – А пока в камеру, господин Харк, – на лице следователя мелькнула улыбка, первая, которую он себе позволил за время допроса.

Огромная, под стать размерам и могуществу государства кроков площадь Содружества, казалось, исчезла, затопленная людским морем. Сотни тысяч, да нет, скорее несколько миллионов человек расположились вокруг грандиозного памятника – символа Содружества – семи мощных стальных колонн, по числу цивилизаций, объединившихся в одно государство, взметнувшихся на пятьсот метров вверх и увенчанных стометровым шаром, символизирующим звезду Парму – центра Содружества свободных планет.

Низко летящие облака, подгоняемые сильным ветром, казалось, вот-вот зацепят этот шар. Но не только ветер сейчас хлестал по символу кроковской цивилизации. Могучее, миллионоголосое: «Свободу Харку! Нет провокации! Харк – наш Президент!» бил по шару снизу. Этот поток человеческих голосов, вопль, единый выдох миллионов грудей то, иногда, затихал на несколько секунд, то, вновь, с удвоенной силой взмывал ввысь.

– Господин Сарб, Вы уверены, что держите ситуацию под контролем? – Президент Норк с высоты седьмого этажа смотрел на раскинувшееся под ним гневное людское море. Огромное зеркальное пуленепробиваемое окно кабинета делало Президента невидимым для его народа. – Мне кажется, сейчас хватит и небольшого толчка, любой искры, чтобы все это взорвалось.

– Ни искры, ни толчка не будет. Повторяю, господин Президент, все под контролем.

Из-за облаков, тихо работая двигателем, вывалился флайер. Выровняв полет, он закружил над площадью, оставляя за собой легкий белесый след, быстро тающий в воздухе.

– Они готовят какой-то показ! Кто разрешил?

– Я, господин Президент. Это будет хорошим дождичком, способным погасить любую искру. Да что там искру, этот дождик боевой лазерный луч погасит!

– Мне нравится Ваша уверенность, генерал.

– Граждане Содружества свободных планет, – громко донеслось с площади, – сейчас вы увидите бесспорные доказательства невиновности нашего дорогого Харка. Вы увидите, что этот человек способен ради процветания нашего государства пожертвовать своей карьерой и отказаться от поста Президента страны. А разве нынешний Президент Норк способен на это?

И площадь тут же взвыла миллионами глоток:

– Не-е-ет!!!

Норк, не дрогнув ни одним мускулом, смотрел на это гражданское выражение нелюбви к себе.

«Интересно, а не проведи я эту операцию, победил бы ты на предстоящих выборах? – директор Службы Государственной безопасности вместе со своим непосредственным начальником смотрел вниз, – впрочем, операция еще не завершена. Расслабиться можно будет только тогда, когда человек, стоящий рядом со мной, после выборов вновь войдет в этот кабинет».

– И все же надо было запустить на площадь и моих сторонников. И их бы было бы не меньше, чем у Харка! – в голосе Президента проскользнула ревность к своему политическому оппоненту.

– Этот митинг транслируется на все Содружество. И более чем возможное в этом случае столкновение между людьми, которое, наверняка бы, привело к жертвам, повредило Вашему имиджу, господин Президент.

– Не-е-ет!!! – ударило вновь в окна.

Норк недовольно поморщился.

– А так Вы после фиаско на этом митинге выступите и скажите, что я мог бы привести на площадь не меньше своих сторонников, но, опасаясь, за жизнь людей не сделал это.

– Я сам знаю, что и как говорить своему народу! – Норк вновь недовольно поморщился.

– Конечно, господин Президент.

– Разве нынешний Президент, способен, ради процветания государства отказаться от своего поста? Нет! − раздалось с площади.