Валерий Моисеев - Ворон (СИ)

— Как нет? — встревожено поднял голову Гера и широко раскрыл свои бесстыжие желтые глаза. — Почему нет?

— А не заработали, — юродствуя развел руками в стороны Алекс.

— Значит, как коньяк литрами лопать — деньги у нас всегда есть! А как купить ма-а-ахонький пузырек валерьянки — денег нет? Так, по-твоему, получается?

— Можно подумать, что ты коньяк не употребляешь, — хохотнул Алекс. — Тебе еще налить твоей гремучей смеси?

— Налей! — сварливо мявкнул кот.

В это время смартфон Алекса исторг из своих недр мелодию ламбады.

— Извини, рыжий! — подмигнул Алекс коту. — Алло, это детективное агентство «Стальной коготь».

— Добрый день, господин Рощин, — проворковал нежный голос молодой женщины с сильным привкусом цианида. — Мы вынуждены напомнить, что срок выплаты за арендуемое вами помещения истек уже месяц назад. С учетом, набежавших за это время, процентов ваш долг на сегодняшний день составляет…

— Не надо, я знаю! — довольно бесцеремонно оборвал девушку Алекс. — В ближайшее время я погашу задолженность.

— Я вынуждена официально предупредить вас, что если до конца этой недели вы не выплатите весь долг, с учетом начисленной пени, занимаемые вами площади, будут переданы другим, более платежеспособным арендаторам, — закончила стращать его представительница компании.

— Дура, больная! — пробормотал Алекс после того, как отключился. — Где я ей возьму столько бабла за раз? Я же не киллер, а детектив!

Гера хотел было посоветовать другу, сменить профессию, но решил не рисковать, справедливо опасаясь, что тот начнет с него.

Зажигательная латиноамериканская мелодия вывела Алекса из того отвратного состояния в котором он пребывал. Это было нечто среднее между жестоким алкогольным наркозом и черепно-мозговой травмой средней степени тяжести.

Исторгнув нечеловеческий стон, Алекс предпринял тщетную попытку подняться с диванчика. Данный предмет интерьера был весьма предусмотрительно приобретен им тогда, когда он еще возлагал большие надежды на открываемое детективное агентство «Стальной Коготь».

Вторая попытка принять вертикальное положение также закончилась безрезультатно. С третьего раза Алексу, наконец-то, удалось придать своему, частично парализованному алкоголем, телу сидячее положение.

— Ие-с-с, я сделал это! — хмыкнул он, морщась от жестокой головной боли. — С третьей попытки, как и подобает настоящему спортсмену олимпийцу.

Все это время смартфон продолжал изводить его неимоверно страдающий мозг легкомысленно-вихляющейся мелодией ламбады.

Перешагнув через распростертое на полу тело Геры, Алекс с деланным возмущением воскликнул:

— Давненько я не убирался в офисе! Коты дохлые валяются повсюду! Надо поднапрячься и выкинуть его, наконец, на помойку! Заодно и елку вынесу!

Гера не меняя позы, приоткрыл желтый глаз, окинул его презрительным взглядом, после чего раздраженно мяукнул. Из чего Алекс заключил, что его послали куда подальше.

— Грубиян! — проворчал он и, кряхтя, потянулся к смартфону, лежавшему на столе.

Подслеповато щурясь спросонья, он разглядел, что высветился номер, той самой девицы, что рвала ему душу напоминаниями о необходимости погасить аренду за офис.

— Видно ничего тут не поделаешь, сама напросилась! — злорадно ухмыльнулся он и проорал, даже не дав ей открыть рот, — Барышня, я, что невнятно намекнул, что заплачу, как только мне переведут деньги? А будете травмировать мою нежно ранимую психику, вообще, ни шиша не получите!

В трубке неожиданно раздался хорошо знакомый голос бывшего командира Алекса:

— Ты чего без предупредительного выстрела на людей кидаешься? Совсем одичал от своей водки?

— О, шеф! — без особого энтузиазма воскликнул Алекс. — Приветствую, высокое начальство! Чему обязан?

— Прекрати паясничать! — прикрикнул на него командир. — Тоже мне, скоморох нашелся!

— Довольно обидно выслушивать от вас такие слова, — придав голосу толику слезливой жалости, воскликнул Алекс. — Не вы ли, товарищ майор, выгнали меня взашей из полиции?

— Заткнись и слушай! — грубо оборвал поток пьяных словоизьявлений майор. — Есть тема, как вернуть тебя обратно в полицию!

— Батюшка царь государь, не вели казнить, вели миловать! — запричитал, юродствуя, Алекс. — Позволь слово молвить! Товарищ майор, а кто вам сказал, что я готов вернуться в ваш лепрозорий?

— Чего с тобой разговаривать, ты же не в адеквате! Когда проспишься, позвони! — устало проворчал командир.