– Конечно! Каждый на борту Амбассадора проходил там стажировку. Хотя цивилизация там и погибла, это единственная инопланетная культура, которую можно изучать.
– Да, разумеется, – проговорил Дишингер с оттенком издевки в голосе. – И что? Какие у Вас впечатления? У Вас не осталось очень дурного ощущения от мысли, что где-то тут рядом до сих пор скрывается раса, способная летать в космосе и уничтожать целые планеты?
Блейк кивнул.
– Да, осталось. Вы совершенно правы, мы должны быть готовы защитить себя. Но разве Вы не понимаете, что, кроме тех, кто уничтожил Альфа Центавра, должны быть и другие. Ради бога, коллега! Куда делось Ваше любопытство? Только подумайте, представьте себе, как мы в первый раз окажемся лицом к лицу с разумным существом из другого созвездия. Что оно подумает о нас? Будут ли его взгляды, даже само представление о логике отличаться от наших? Или нет? Какой будет их жизненная философия? Есть ли она у них вообще? А религия? Ну и самое главное – как они будут выглядеть? Поверьте, я воображал их в самых разных образах, от кочана капусты до гигантских пауков. Но нисколько не сомневаюсь, что, когда я в первый раз увижу инопланетянина, он окажется таким, какого я себе и представить не мог.
Дишингер сидел молча, глядя на молодого офицера с выражением, какое бывает у психиатра, выслушивающего бессвязную болтовню сумасшедшего. Он готов был сделать очередное саркастическое замечание, как внезапно зазвонил интерком.
– Слушаю? – ответил Блейк до того, как успел прореагировать Дишингер.
– Простите, капитан. Мне сказали, что командир корабля может быть у Вас.
– Я слушаю! В чем дело?
– Капитан, докладывает Шитс! Думаю, Вам надо прямо сейчас подняться в рубку управления. По показаниям наших сенсоров кто-то преследует нас.
– Кто-то преследует нас? Как, например, кто, Шитс? Можно немного конкретнее?
– Это определенно корабль, сэр. Большой корабль. Сначала я подумал, что это Звездный страж, но когда он приблизился, я понял, что он даже крупнее.
Дишингер с надеждой посмотрел на Блейка, но тот отрицательно покачал головой.
– Нет, капитан, это не может быть один из наших кораблей. У всех Звездных стражей приказ избегать этого сектора из-за сообщений о неопознанных летающих объектах.
Лицо Дишингера побелело.
– Отлично! Значит, у нас тут нет никакой защиты вообще! – Он повернулся к интеркому. – Шитс, мы с капитаном Блейком сейчас будем. Конец связи.
Он развернулся к Блейку.
– Что ж, похоже, Ваше желание вот-вот сбудется.
– Теперь идем тихим ходом, Пилот. Лучше сохраняй эту дистанцию. Нам не надо, чтобы они запаниковали.
Тандью, выпрямившись, сидел на своей кушетке, глаза и уши его были устремлены к главному экрану наблюдения. Он находился в напряженном ожидании, смешенным с серьезной тревогой. Быстро оглядевшись вокруг, он понял, что эти чувства разделяли и остальные.
– Оружейная секция! Помните: никаких силовых действий без моего прямого приказа.
Таланд сидел, склонившись, рядом с Тандью.
– Спокойно, дружище. Мы все это отработали уже много раз. Каждая секция знает, что делать в любой возможной ситуации. Волнение вполне естественно, но не забывай, что ты – капитан. Старайся, чтобы оно было не так заметно.
Тандью бросил быстрый взгляд на Таланда, а потом перевел глаза назад на экран, размышляя о его словах. Затем он медленно кивнул в знак согласия.
– Ты прав. Но я и так стараюсь выглядеть спокойно.
– Тогда постарайся еще, Тандью. Мы должны выглядеть расслабленно, обыденно и уверенно. Расслабься прямо сейчас, и это повлияет на твой экипаж.
– Ты правильно говоришь. Но не забывай, что ни один рестанец никогда еще не встречал в космосе инопланетный корабль. Позволь уж моему экипажу и мне чуть напрячься. Пусть мы лучше будем немного излишне напряжены, чем чересчур расслаблены.
– Как пожелаешь, капитан, это твой корабль.
Тандью фыркнул, не отрывая зачарованного взгляда от инопланетного корабля.
– Что ты о нем думаешь, Таланд? Никогда не видел такого странного корабля. Смотри, он выглядит как обычная коробка.
– Я тоже обратил внимание. Похоже, функциональность для них важнее, чем эстетика. Но будь осторожен. Хотя он и выглядит безобидно, его грузовые люки могут открыться, и неизвестно, что оттуда вылезет.
Таланд быстро пробежал глазами по своему личному пульту.
– Оружия, которое мы могли бы опознать, нет.
– Ты хочешь сказать, нет ничего, что мы считаем оружием.
Читать дальше