А Бэримор в тот полет был занят написанием диссертации. Как вы, наверное, помните, он с блеском трудился в Академии наук и был единственным роботом, которого умные-преумные ученые согласились принять в свои ряды, потому что не сделать этого - после всего, чего добился Бэримор в предыдущих экспедициях с Сотником и блестящих исследованиях, было просто некрасиво, а этого ученые допустить никак не могли. Но чтобы окончательно завоевать доверие этих умных людей, Бэримор решил написать диссертацию, то есть научный труд. Без этого настоящим ученым не станешь, это всем ясно. Ты можешь быть великолепным человеком, прекрасным другом или даже храбрецом и героем, но если ты не знаешь десятка формул, то для ученых ты - пустое место, ноль без палочки. Бэримору очень хотелось показать, что формулы для него - плевое дело. И тему он выбрал подходящую: ''Смысл жизни у людей ''. Бэримор ведь был не какимнибудь там физиком, он был биологом! А значит, и писать ему нужно было о живом! А объектом своего научного труда он выбрал - кого бы вы думали? - Сотника! Тот сначала брыкался и отнекивался, но в конце концов махнул на это рукой. Он ведь, в принципе, тоже был не против иметь друга - акакдемика! Похвалиться такой дружбой всякому приятно. И вот, после двух месяцев наблюдения роботом за командиром "Перуна", по выводам Бэримора выходило, что смысл жизни Петра Васильевича - возить скотину. То есть то, чем он больше всего приносит пользу обществу. Сотнику такой смысл жизни явно не понравился, но спорить с роботом он не стал - в цифрах он был слаб. А именно в цифры перевел все Бэримор. Он рассморел всю жизнь Петра Васильевича, вычел время на сон, еду и всякое такое, что вроде бы смыслом жизни назвать нельзя, А потом все, что осталось сложил вместе. Получилось, что первый смысл жизни Сотника - возить коров, второй ругать экипаж, а третий - смотреть на звезды. Но последние два смысла шли с большим отрывом от первого. И вот, после такого блестяего заключения, Петр Васильевич бросат коров свой главный смысл жизни - и начинает гоняться за какими-то жучками. Бэримор пытался много раз объяснить Сотнику, что он теряет свой смысл жизни, что он у него совершенно в другом. Но не получив никакого ответа, бросил это занятие и стал складывать погоню за жуками в часы, боясь, как бы она не вышла из всех смыслов на первое место. А такое существование, по мнению Бэримора, уж точно было бессмысленным. Но Петр Васильевич категорически не хотел вставать на Путь Истинный и тратил свою жизнь на жучков! Но дальше события стали разворачиваться с нарастающей быстротой. "Перун" пролетал возле скопления Плеяды, и Сотник, как всегда в таких случаях, предавался своему третьему смыслу жизни - смотрел в иллюминатор. Капитан был молчалив, и о том, что делалось у него на душе, догадывался только Тэкс. Ведь он тоже был все-таки живым. Но открыто Тэкс ему не сочувствовал - он был против того, чтобы расходовать свои нервные клетки. А потому сидел перед автопилотом и играл в шахматы с компьютером. Бэримор готовил обед на кухне - Петр Васильевич брал его в полет только на тех условиях, что робот будет обеспечивать экипаж едой. Поскольку готовка в его смысл жизни не входила. Вдруг Сотник, который хоть немного забылся, любуясь красотой Плеяд, почувствовал, как его что-то сильно толкнуло сзади. Он на какое-то время даже потерял сознание. Очнулся Петр Васильевич от ощущения, что его левая щека сильно замерзла. Тогда он открыл правый глаз, потому что левый был чем-то прижат. Первое, что увидел, были Плеяды. Но одним глазом смотреть на них было совсем не интересно, к тому же ощущая, что твоя левая сторона лица сильно прижата к иллюминатору. Петр Васильевич, конечно, любил любоваться звездами, но не до такой же степени! Он попытался высвободить голову и посмотреть, кто из членов экипажа устраивает такие дурные шутки. Но заглянуть за затылок он не смог, а только ощутил спиной что-то теплое, довольно мягкое и большое. Тут, конечно, в Сотнике начало что-то рваться и мычать. А это, как вам уже известно, - знак дурной. Но то ли тот, кто выкинул эту шутки, был с капитаном "Перуна " не знаком, то ли был очень уж храбр, но только - как любовался Сотник на Плеяды одним глазом, так и продолжал любоваться. Тут его внимание привлек крик Тэкса, который просил Петра Васильевича бросить свои дурацкие розыгрыши и не давить на спину. Видно, Тэкс тоже любовался звездами, но из лобового окна. Тогда Сотник начал двигать своей задней частью, которая была посвободней.
Читать дальше